Мия улыбнулась дрожащим от солнца щекам и снова заглянула через плечо в зеркальце стекла. Вокруг шумела летняя духота, словно тысячи птиц, не смеяшихся долететь до омутов лужиных ямых. Мия ощутила, как вокруг растает её утомление, заменяясь тревожной возбуждённостью под самыми нежными лучами зари. В «Айс» она собиралась — не в качестве посетительницы, а в роли ведущей эксперимента, который может сломать все её предположения о мире и себе....
На лоб выступила испарина от волнения, а дыхание сбилось. Мия не зря шутила по поводу моего ледяного сердца. Повышенная эмоциональность далеко не про меня. Я встречала сложные моменты с холодной головой и справлялась с проблемами исходя из строгого расчёта. Но с проявлением этой неизвестной силы, во мне будто проснулась излишняя эмоциональность. Даже казалось, я и вовсе не жила раньше... Глупая мысль.
Глава 10
— Мисс Лэнг! — окрик мистера Спарка ворвался в разрозненные мысли.
Опомнившись, я подняла взгляд к лицу преподавателя, застывшего возле моего стола.
— О, вы удосужились обратить на меня внимание, — съязвил он, а я спешно подскочила с места. Даже попыталась ухватить тетрадь, но он выхватил её раньше, просмотрел пустые страницы и отбросил её обратно на стол. — Считаете мой предмет не достойным внимания раз не конспектируете?
Студенты смотрели ехидно, кто-то с застывшей на губах улыбкой, ожидая моего провала.
— Ни в коем случае. Я всё запомнила.
— Да? — Спарк сместился в сторону, закрывая от моего взгляда записи на доске. — Имена всех Высших?
— Конечно. У меня фотографическая память.
— Перечислите.
На долю секунды я растерялась, изумлённая тем, что способна ответить на его вопрос. Снова, как я не сопротивлялась, мной овладевало странное чувство раздвоенности сознания. Я видела образы незнакомых мне мужчин и женщин, пока ровным голосом перечисляла имена:
— Молох, Бельзевул, Люцифер, Астарот, Асмодей, Баал, Адрамелек, Лилит, Наама, Сатана, — тяжело сглотнула, прежде чем на выдохе произнести последнее имя.
Спарк нахмурился, обратив взгляд к начертанной схеме, а студенты подались вперёд, не разобрав последнего слова. Мной овладели жгучая злость и обречённость, замешанные на ненависти. Но то были не мои чувства, а той второй сущности.
— Как вы сказали? — переспросил Спарк.
И тогда я взглянула на схему. Последнего имени на ней не было.
Почему? — в исступлении прокричала она.
— Что «почему»? — переспросил преподаватель и только тогда я поняла, что повторила её вопрос.
— Почему их слушаются? — хриплым голосом исправилась я. — Их же так мало.
— Хороший вопрос, мисс Лэнг, — Спарк вновь смотрел на меня остро и внимательно, но предпочёл не заострять внимание на моих странностях. — Садитесь.
Я буквально рухнула на скамью.
