С одной стороны от нее стоял ее четвертый муж, а с другой — единственная полнородная сестра Шарлотты, Амелия, которая была на два года старше его бывшей невесты. Именно эта сестра позвонила в офис Страйка на следующее утро после того, как о самоубийстве Шарлотты стало известно прессе, и, узнав от Пат, что Страйк недоступен, просто повесила трубку. С тех пор Амелия не вступала в контакт со Страйком, как и он не пытался связаться с ней. Если слухи о том, что Шарлотта оставила предсмертную записку, были правдой, то он был рад остаться в неведении относительно того, что в ней написано.
Шум захлопнувшейся дверцы автомобиля заставил его поднять глаза. Братья Фрэнки вышли из здания и пытались завести свой холодный фургон. С четвертой попытки он завелся, и Страйк проследил за ними до их квартиры. Еще через двадцать минут в квартире погас свет, и Страйк вернулся к просмотру новостей на своем телефоне, чтобы скоротать время до прихода Шаха, который должен был сменить его в восемь часов.
Референдум по Брексит мог закончиться, но эта тема продолжала занимать центральное место в заголовках газет. Страйк пролистывал эти статьи, не открывая их, и курил, пока с опаской не увидел еще одно знакомое лицо — Бижу Уоткинс.
На фотографии, сделанной в тот момент, когда она выходила из своей квартиры, Бижу была одета в облегающее платье павлиньего цвета, подчеркивающее ее фигуру. Ее темные волосы были свежеуложены, она, как всегда, была тщательно накрашена и держала в руке блестящий портфель. Рядом с фотографией Бижу была помещена другая, на которой была изображена полная женщина с открытым лицом и вьющимися волосами в неприглядном вечернем платье из розового атласа, которую в подписи назвали леди Матильда Хонболд. Над двумя фотографиями был помещен заголовок: Эндрю “Медоед” Хонболд разводится.
Страйк бегло прочитал приведенную ниже статью и в четвертом абзаце нашел то, что опасался: свое собственное имя.
Будучи убежденным католиком, высокопоставленным донором Консервативной партии и покровителем Кампании за этичную журналистику и Католической помощи Африке, Хонболд впервые был уличен в своей неверности в журнале Private Eye. Журнал утверждал, что неназванная любовница Хонболда также имела связь с известным частным детективом Кормораном Страйком, что было опровергнуто Хонболдом, Уоткинсом и Страйком, а Хонболд пригрозил судебным иском против журнала.
— Черт, — пробормотал Страйк.
Он думал, что слухи о его связи с Бижу успешно пресечены. Меньше всего ему нужен был указатель в “Таймс”, где Паттерсон и Литтлджон могли бы найти компромат.
Оперативно в восемь часов прибыл Шах, чтобы взять на себя наблюдение за Фрэнками.
— Доброе утро, — сказал он, садясь на пассажирское сиденье БМВ.