Тайо выглядел отвратительно, Уилл — просто в ужасе.
— Оберните ее полотенцем, — сказал Чжоу, — мы не хотим, чтобы везде был беспорядок. Потом отнесите ее в дом.
— Н-н-нет, — сказала Лин, слабо сопротивляясь, когда Тайо начал грубо обматывать ее банным полотенцем.
— Я сделаю это, — сказала Робин, отбивая руку Тайо.
Лин подняли на ноги, обмотали полотенцем и унесли Уилл и Тайо.
На прощание Чжоу сказала Робин: — Приберись здесь, — и, выходя из ванной, услышал, как он рявкнул кому-то другому: — Ты, иди, помоги ей.
Нижняя часть спортивного костюма Робин была пропитана теплой красной жидкостью. Она медленно поднялась на ноги, в ноздри ей ударил железистый запах крови Лин, когда в ванную снова вошла Пенни с расширенными глазами.
— Что с ней случилось? — прошептала она.
— Я думаю, она пыталась сделать себе выкидыш, — сказала Робин, почувствовав тошноту.
— Ох, — сказала Пенни. — Я не знала, что делать. Я просто увидела кровь под дверью…
Последствия того, что только это произошло, обрушились на Робин. Она задавалась вопросом, умрет ли Лин, компетентен ли Чжоу, чтобы справиться с чрезвычайной ситуацией. Она также понимала, что реагировала на кризис как Робин Эллакотт, а не как Ровена Эллис: кричала на Чжоу и игнорировала его приказы, оттолкнула Тайо, встала на сторону девушки, пытавшейся сделать аборт. А потом она призналась, что знала, что Лин ела растения…
— Доктор Чжоу попросил меня помочь тебе прибраться, — робко сказала Пенни.
— Все в порядке, — сказала Робин, которой очень хотелось, чтобы ее оставили в покое. — Я могу это сделать.
— Нет, — сказала Пенни, выглядевшая тошнотворно, но решительно, — он сказал мне… Ты действительно накричала на него, — добавила она нервно.
— Я была просто потрясена, — сказала Робин.
— Я знаю… но он же доктор.
Робин ничего не сказала, но пошла за одним из жестких и грубых полотенец, которыми женщины пользовались после душа, расстелила его на крови и принялась вытирать ее, все время думая, как же ей объяснить, что она знала, что у Лин были эти растения, и при этом не признаваясь, что она была ночью в лесу, где они росли.
Подражая Робин, Пенни тоже взяла полотенце, чтобы промокнуть кровь. Когда почти вся кровь была вытерта, Робин бросила испачканное полотенце в корзину для белья, сходила за свежим и подставила его под кран с холодной водой. При этом она снова посмотрела на высокие окна над раковинами. Сердце заколотилось почти болезненно, когда она представила, как немедленно уезжает. Она только что услышала первые признаки того, что Уилл Эденсор может сомневаться в церкви, но не имела ни малейшего представления о том, как выпутаться из неприятностей, в которые она теперь наверняка попала.