Она — ЧП. Она не понимает доктрины.
— Но то, что ты сказал, имеет смысл, — сказала Робин, — есть противоречие между…
— “Человеческое знание ограничено, — сказал Уилл, — а божественная истина бесконечна”. — Ответ, глава одиннадцатая.
— Ты веришь всему, что говорит церковь? Всему? — спросила Робин, заставляя себя повернуться лицом к нему, к его полуэрегированному члену в его руке.
— Упорный отказ от слияния себя с коллективом свидетельствует о продолжающейся эгомотивности. — Ответ, глава 5."
"Мотор газонокосилки продолжал реветь прямо у стеклянных дверей.
— Ради Бога, — сказала Робин, оказавшись между Амандипом и мастурбирующим Уиллом, — ты же действительно умный, почему ты боишься думать, почему ты все время цитируешь?
— Материалистические модели мышления закладываются в раннем возрасте. Для разрушения этих шаблонов необходимо, прежде всего, сосредоточить ум на основных истинах с помощью повторения и медитации. — Ответ, глава…
— Значит, ты добровольно промыл себе мозги?
— Раздевайся!
Уилл встал, возвышаясь над ней, его рука все еще работала над поддержанием эрекции. — Грех приходить сюда для чего-то другого, кроме как для духовной связи!
— Если ты заставишь меня заняться с тобой сексом, — негромко сказала Робин, — это будет изнасилование, и как ВГЦ понравится, если на нее подадут в суд?
Газонокосилка снаружи стукнулась о дальнюю стену домика. Рука Уилла перестала двигаться. Он стоял перед ней, болезненно худой, все еще держа в руках свой пенис.
— Куда они увезли Лин? — спросила Робин, решив прорваться к нему.
— В безопасное место, — сказал он, а затем сердито добавил: — Но это не имеет к тебе никакого отношения.
— То есть я должна слиться с коллективом, не думать, заниматься сексом со всеми, кто этого хочет, но мне нельзя беспокоиться о члене церкви, ты это хочешь сказать?
— Тебе нужно заткнуться, — яростно сказал Уилл, — потому что я кое-что о тебе знаю. Ты была в лесу ночью, с фонариком.
— Нет, — автоматически ответила Робин.
— Да, так и было. Я ничего не сказал, чтобы защитить Лин, но теперь ей это не повредит.
— Почему ты хотел защитить Лину? Это материалистическая одержимость — заботиться об одном человеке больше, чем обо всех остальных. Это потому, что она мать твоего ребенка? Ведь Цин принадлежит всем в церкви, а не только…
— Заткнись, — сказал Уилл и угрожающе поднял руку. — Заткнись на хрен.
— И никаких цитат по этому поводу? — спросила Робин, все еще злясь больше, чем пугаясь. — Ты никому не сказал, что у меня был фонарик за все дни, что Лин не было.