— Вы обращались в полицию по поводу этого злоумышленника в маске? — спросил сэр Колин.
— Естественно, — сказал Страйк, — но пока у них ничего нет. Кто бы это ни был, он был хорошо замаскирован, вплоть до балаклавы, и одет во все черное — и это описание совпадает с единственной встречей со стрелком Кевина Пирбрайта.
— Боже правый, — пробормотал Эд.
Джеймс, который наполнил свою кружку, не предложив кофе другим, теперь продвинулся вперед к столу.
— Итак, Уилл потенциально подвергает опасности всех нас? Мою жену? Моих детей?"
"— Я бы не стал заходить так далеко, — сказал Страйк.
— О, вы бы не стали?
— Они еще никогда не преследовали семьи бывших членов, за исключением…
— Онлайн, — сказал сэр Колин. — Да, я видел свою новую страницу в Википедии. Не то чтобы меня это волновало…
— Может, и нет, — громко сказал Джеймс, — но меня, черт возьми, да! И каково же ваше решение этой проблемы? — Джеймс бросился к Страйку. — Держать Уилла в подполье в течение десяти лет, пока мой отец в одиночку финансирует расследование всей этой гребаной церкви?
Из этого комментария Страйк сделал вывод, что сэр Колин передал свои сомнения по поводу направления Дайю своему старшему сыну.
— Нет, — начал было он, но не успел договорить, как Эд сказал.
— Мне кажется…
— Может, хватит уже заниматься этой чертовой психотерапией? — сплюнул Джеймс. — Если они преследуют и стреляют в людей…
— Я хотел сказать, — сказал Эд, — что если эта девушка Лин готова дать показания против церкви…
— Она дочь Уэйса, она не собирается…
— Откуда, черт возьми, ты знаешь?
— Я знаю достаточно, чтобы понять, что не хочу быть ей обязанным…
— Мы обязаны заботиться… — начал сэр Колин.
— Нет, не обязаны, черт возьми, — крикнул Джеймс. — Ни она, ни ее проклятый ребенок не представляют для меня никакого интереса. Эта тупая маленькая дрянь втянула в нашу жизнь людей Джонатана Уэйса вместо нашей матери, которая, черт возьми, не умерла бы, если бы не ВГЦ, и, насколько я понимаю, Уилл, эта Лин и их чертов ребенок могут идти топиться…
Джеймс взмахнул кружкой с кофе в сторону далекой реки, так что дуга из почти кипящей черной жидкости ударила Робин в грудь.