Жанр
В историческом городе постепенно созревает бунт купцов против богатых чиновников. На одной из улиц прячется молодой корсар из будущего, Ксандер — искренне считая себя обычным нищим. Его решительные действия начнут разрушать старые порядки и приведут к потрясению общепринятых взглядов. Вместе с ним герой книги видит мир в новом свете, откроется множество ранее недоступных знаний....
Еще не зная, кто приехал, я рванулся к воротам и вышел на улицу.
Это был возок Вари Матвеевой!
Из возка выпорхнула Варя, покраснела, увидев меня.
– Здравствуй, боярыня."
"– И тебе доброго дня, Юрий. Ты что же – имя мое забыл?
– Как можно, помилуй бог!
– Что же не заезжаешь?
– Все дела. В Суздале был, потом в Москве да Астрахани. Поверишь – в новом доме и месяца не прожил, все в разъездах. Говорят – тебя поздравить можно?
– С чем же?
– Со сватовством или я ошибаюсь?
Варвара вспыхнула.
– Правда.
– Да я уж понял. И то сказать – дома не было – угол снимал. Зато теперь – дом есть, хозяйки только в нем не хватает. Чего мы во дворе стоим? Пойдем в дом, посмотришь.
Варя стояла в нерешительности.
– Нет, Юра. Я засватана и не могу в дом чужого мужчины заходить одна. Что люди скажут?
– Экая ты стала. Помнится, ты раньше смелее была.
– Потому как – любила тебя, а ты на меня внимания не обращал.
– Варенька, сама подумай – ты дочь боярская, а кто я? Отдал бы тебя батюшка твой замуж за безродного и бездомного? Потому я не мог претендовать ни на что.
– Веришь ли – кабы позвал, бросила бы все, на крыльях бы к тебе прилетела. Как теперь с нелюбимым жить?
– Что сделано, того не вернешь. Желаю тебе счастья. Может – и хорош муж твой окажется, еще полюбишь.
Варя вдруг прильнула ко мне, поцеловала жарко в губы, отпрянула и села в возок.
– Домой! – бросила она кучеру, не оглядываясь.
Возок уехал, а я еще долго глядел ему вслед. Как знать, может быть, судьбу свою упустил? Судьба ведь не часто балует подарками, да и не всегда мы понимаем ее знаки. Может быть, хватать Варю надо было обеими руками да держать? Вдруг то был мой звездный час? Обидел хорошую девушку.
Полный грустных размышлений, я поплелся к себе. Зашел в комнату, сбросил пояс с ножом и калитой на лавку. На душе кошки скребли. Подошел к сундучку, достал тряпицу с сокровищами, развернул.
Воспоминания о Марии мне были приятны. Я бережно взял брошь и положил за пазуху – ближе к сжавшемуся сердцу.
В комнате постоял у зеркала.
