Великолепная белая гвардия двигалась незаметно среди городских улиц, как тени по старому линолеуму. Мужчины в мундурах следовали строгим порядкам, каждый шаг и взгляд охраняющих ценное имущество. Атмосфера была напряженной, словно маскировочная война на фоне спокойных улиц, где каждое движение скрывается под масками и прикрытиями....
У Папы нет ни единого самолета, способного делать с приличной высоты снимки столь высокого качества — а вот у французов как раз есть, они здесь иногда садятся на дозаправку. Значит, и французские спецслужбы в игре. Мукузели и в самом деле смотрится серьезной угрозой, с которой решили развязаться, не теряя времени… Кто же сюда лезет? Американцы? Англичане? Ладно, в конце концов, не его забота — разгадывать подобные ребусы…
В гостиной у Лаврика он обнаружил прямо-таки идиллическую картину: на столике стояла бутылка вина и два бокала, сам Лаврик в вольной позе расположился на диванчике с гитарой и, перебирая страну, задушевно напевал:
Так пусть же Краснаясжимает властносвой штык мозолистой рукой.
Амазонка Жюльетт, она же, среди своих, Жулька, безмятежно возлежала на этом же диванчике, положив голову на колени Лаврику, на сей раз она щеголяла не в форме, а в коротком алом платьице.
Лаврик убрал пальцы с жалобно блямкнувших струн и уставился на Мазура со вполне предсказуемым удивлением.
— Ну, чего вылупился? — спросил Мазур по-русски. — Почетного легиона не видел?"
"— Аб-балдеть… — покрутил головой Лаврик. — Кажется, чего-то удостоен, награжден и назван молодцом… За вчерашний подвиг?
— А то, — сказал Мазур.
— Да знаю.
Жюльетт, лениво перекатив голову, протянула:
— Ребята, это невежливо: разговаривать при девушке на языке, которого она не понимает… Или тут военные тайны?
— Они самые, — сказал Мазур. — Вы же сами на службе, мадемуазель Жюльетт, должны понимать…
— Ну, тогда ладно, — сказала она так же лениво. — Выпьете потом с нами, Сирил? Правда, Констан — настоящий шансонье? Он мне только что объяснил, что поет сейчас старинную любовную балладу.
— Констан у нас — кладезь талантов… — проворчал Мазур.
Плотно прикрыв за собой дверь кабинета, Мазур помолчал, выразительно глядя на Лаврика. Тот сказал преспокойно:
— Валяй. «Жучков» я сегодня поискал. Опять нашелся один. Лягушатники шкодят, конечно — кто бы у Папы в охранке русский язык знал… Чисто.
— Нужно отправить срочный запрос, — сказал Мазур. — Папа собрался послать группу через границу, чтобы приперли оттуда сувенир в виде Мукузели.
