Великолепная белая гвардия двигалась незаметно среди городских улиц, как тени по старому линолеуму. Мужчины в мундурах следовали строгим порядкам, каждый шаг и взгляд охраняющих ценное имущество. Атмосфера была напряженной, словно маскировочная война на фоне спокойных улиц, где каждое движение скрывается под масками и прикрытиями....
Там сидели на полу четверо белых (один пожилой, в благородных сединах, очень уж профессорского облика, трое попроще, Мазуровы ровесники) и четверо черных простоватого вида — вероятнее всего, повар, водители либо какие-нибудь подсобники. Так как среди них не обнаружилось не только раненых, но и побитых, Мазур пока что не стал на них отвлекаться. Пусть сидят и не путаются под ногами.
— Что тут творится? — спросила Принцесса с любопытством.
— Да вот… — сказал Мазур, показав на сваленные в кучу французские магазинки. — Нападение…
— Какое, к черту, нападение? Тут никогда не было мятежников…
— Посмотри вон в той палатке.
Заслышав шумную возню и азартные вопли, он обернулся. Доблестные армейцы во главе со своим капралом увлеченно пинали своего недавнего конвоира, словно мяч во дворе гоняли. Пожав плечами и хмыкнув, Мазур отвернулся, ханжески сказав себе, что не должен вмешиваться в здешние внутренние дела. Что ж, вполне предсказуемая реакция людей в погонах, привыкших, что всякий шпак должен издали кланяться любому облаченному в форму…
Вразвалочку направился следом за Принцессой, не испытывая ничего, кроме легкой скуки: несколько лет назад, здесь же, в знойной жаркой Африке, случился подобный казус: зажравшийся местный королек и советские красотки.
В палатке ничего особенно не изменилось: переводчица сидела в уголке и всхлипывала, кое-как запахнув на груди оставшуюся без пуговиц блузку, а вождь, малость оклемавшийся, пытался встать, мотая головой по-лошадиному и упираясь руками в пол.
Принцесса заговорила. Мазур не понимал ни слова, но ее тон был наставительным, презрительным, высокомерным, она цедила слова подобно беседующей с холопом графине. Вскоре Мазур без труда уловил «колонель Мтанга». Судя по тому, как вовсе уж печально посерело лицо вождя, услышавшего это славное имечко, слава Мтанги докатилась и до этих забытых богом и властями мест.
Вождь залепетал что-то. Принцесса ответила парой фраз, отнюдь не вернувших ему душевного спокойствия. Поскольку Мазуру на него было глубоко наплевать, он присел на корточки и сказал по-русски:
— Ну-ну, Ирина, все кончилось, не надо плакать…
Она попыталась улыбнуться сквозь слезы:
— А вы кто?
— Соответствующие органы, — сказал Мазур веско. — Которые и в Африке органы… — Оглянулся.
