Автор
Впереди бесконечные водопады, где каждый камешек блестит сказочной зеленью. Как мечталось окунуться в прохладу, внезапно на глубине фонтана предстало нечто живое — черное пятно, движущееся подобно рыбе или утопленнику. И вот оно растянулось, поднявшись до самого верха, и предстала перед рыцарем купальщица, непостижно прекрасная в своей строгости....
Ну признайтесь, ваша милость, способны ли вы вообразить, что я, лично я, могу явиться к вам с какими-то иными намерениями? Ведь я всегда был с вами честен и искренен, не так ли?
— Ах, милорд кардинал, — отозвалась я, — в вас я ни капли не сомневаюсь."
"— Тогда доверьтесь мне, — продолжал он, — и я даю вам свое честное слово, что ваш мальчик будет со мной и с ним ничего, обещаю вам, ничего плохого не случится. Я просто отведу его к старшему брату и стану оберегать обоих как зеницу ока. Вы не доверяете герцогу Ричарду, он вас тоже все время в чем-то подозревает, и для меня это чрезвычайно огорчительно.
Я беспомощно вздохнула, делая вид, что просто ошеломлена его логикой.
— А если я все же откажусь?
Кардинал придвинулся ближе и прошептал:
— Боюсь, в таком случае он все же нарушит право убежища и выставит отсюда и вас, и ваших детей.
Елизавета, то и дело посматривавшая в окно, наклонилась к моему уху и тихо сообщила:
— Мама, там, на реке, сотни судов под флагом герцога Ричарда. Мы окружены.
На мгновение я перестала что-либо видеть перед собой — я не видела ни встревоженного лица кардинала, ни безжалостной физиономии Томаса Хауарда, никого из той полудюжины лордов, что явились с ними вместе. Передо мной возникло уже знакомое видение: мой муж с поднятым мечом входит в аббатство Тьюксбери, нарушив священное право убежища, и мне ясно, какая страшная опасность нависла над теми, кто спрятался в этом аббатстве.
Я поднесла к глазам носовой платок.
— Простите мне мою женскую слабость, — шмыгнула я, — но мне невыносима разлука с мальчиком.
