В отделе персонала «Оксенфорд медикал», где Анетта исполняла обязанности директора по оборудованию, царила полная тайны атмосфера. Здесь, в бункере секретных технологий, работали специалисты, стремящиеся раскрыть смертельную силу новых вирусов. Аннетта тщательно следила за соблюдением молчания и шифровалкой информации....
Неужели теперь между нами должно быть такое?
– Ты что, пользуешься нашими отношениями в прошлом, чтобы уговорить меня дать тебе конфиденциальную информацию?
– Нет. К черту информацию. Я могу получить ее и из других источников. Я просто не хочу, чтобы человек, которого я в свое время любила, относился ко мне как к врагу. Или есть такой закон, который гласит, что мы не можем хорошо относиться друг к другу?
Послышался щелчок, и в трубке загудело. Фрэнк повесил трубку.
Она вздохнула. Неужели он никогда не изменится? Хоть бы завел себе подругу.
Тони позвонила Одетте Кресси, своей приятельнице из Скотланд-Ярда.
– Я видела тебя в новостях, – сказала Одетта.
– Как я выглядела?"
"– Авторитетно. – Одетта хихикнула. – Как женщина, которая никогда не пойдет в ночной клуб в прозрачном платье. Но я-то тебя знаю.
– Только никому не говори правды.
– Так или иначе твоя история с Мадобой-два вроде не имеет никакого отношения к… моей сфере интересов. – Она имела в виду терроризм.
– Отлично, – сказала Тони. – Но скажи мне… говоря чисто теоретически.
– Конечно.
– Террористы могут сравнительно легко добыть вирус вроде Эбола, явившись в больницу где-нибудь в Центральной Африке, где вся охрана состоит из девятнадцатилетнего полицейского, который сидит, развалясь, в вестибюле и покуривает. В таком случае зачем им браться за такое чрезвычайно трудное дело – грабить лабораторию с высокой степенью охраны?
– По двум причинам. Во-первых, они просто не знают, как легко получить вирус Эбола в Африке.
Тони вспомнила, что говорил ей Стэнли, и по телу ее пробежала дрожь.
– Ноль выживания.
– Точно.
– А как насчет общества «Свободу животным»? Ты их проверила?
– Конечно. Они безобидны. Худшее, на что они способны, – это заблокировать дорогу.
– Это хорошие новости. Я просто хочу быть уверена, что ничего подобного больше не произойдет.
– С моего места это выглядит маловероятным.
– Спасибо, Одетта. Ты настоящий друг, а это редкость.
– Что-то ты звучишь не очень радостно.
– О, просто у меня был трудный разговор с моим бывшим.
– Только-то? Пора бы тебе к этому привыкнуть. А как насчет профессора – есть новости?
Тони никогда не могла одурачить Одетту, даже по телефону.
– Он сказал мне, что семья для него – самая важная вещь на свете и он никогда не сделает ничего такого, что могло бы их огорчить.
– Вот мерзавец.
