В отделе персонала «Оксенфорд медикал», где Анетта исполняла обязанности директора по оборудованию, царила полная тайны атмосфера. Здесь, в бункере секретных технологий, работали специалисты, стремящиеся раскрыть смертельную силу новых вирусов. Аннетта тщательно следила за соблюдением молчания и шифровалкой информации....
Теперь она покраснела.
– Ты никому не скажешь, верно?
– Конечно, нет.
– Я серьезно, Кит. Ты не должен никому говорить. Это будет ужасно. Это может разрушить два брака.
– Да знаю я, знаю.
Тут она увидела бумажник в его руке.
– Чем это ты занимаешься?
Он помедлил, потом ответ вдруг пришел ему в голову:
– Мне нужны деньги. – И показал ей банкноты в бумажнике.
– Ох, Кит! – Миранда огорчилась, но не осуждала его. – Почему ты вечно хочешь легко добыть деньги?
Он подавил желание возмутиться в ответ. Она ведь поверила ему, а это главное.
– Ольга всегда говорит, – продолжала сестра, – что ты скорее украдешь шиллинг, чем честно заработаешь фунт.
– Ну ладно, не устраивай мне выволочки.
– Ты не должен красть из бумажника папы – это ужасно.
– Я в довольно отчаянном положении.
– Лучше я дам тебе денег! – Миранда поставила на пол бельевую корзину. На ее юбке было два кармашка. Она сунула руку в один из них и вытащила скомканные банкноты. Отделила две пятидесятки, разгладила бумажки и дала Киту.
– Спасибо, Мэнди, – сказал он, вспомнив, как звали ее в детстве.
– Но ты не должен красть у папы.
– О'кей.
– И ради всего святого никогда не говори никому про меня и Хьюго.
– Обещаю, – сказал он.
17.00Тони проспала час тяжелым сном, когда ее разбудил будильник.
Она обнаружила, что лежит на кровати одетая. Она так устала, что даже не смогла снять жакет и туфли. Но сон освежил ее. Работая в полиции в ночную смену, она привыкла не соблюдать урочных часов и могла заснуть в любых условиях и мгновенно проснуться.
Тони занимала этаж в викторианском доме, разделенном на квартиры. У нее были спальня, гостиная, маленькая кухонька и ванная. Инверберн – портовый город, но из ее квартиры не видно было моря. Нельзя сказать, чтобы она любила свой дом, – она бежала сюда, расставшись с Фрэнком, и с этим домом у нее не было связано счастливых воспоминаний. Она жила здесь уже два года, но по-прежнему считала свое жилье временным.
Тони поднялась с постели. Сбросила деловой костюм, который был на ней уже два дня и ночь, и швырнула его в корзину для чистки. Накинув халат, она быстро задвигалась по квартире, собирая вещи в чемодан для поездки в санаторий на пять ночей. Она намеревалась уложить чемодан вчера вечером и выехать сегодня днем, так что теперь приходилось нагонять время.
Она не могла дождаться, когда наконец очутится в санатории. Это было ей необходимо.
