Джулиан проводил здесь приятные полтора часа за чтением «Фигаро» или «Монд», совершенствуя свой и без того вполне приличный французский. А потом отправлялся спать.
В тот вечер, когда двуликий случай решил воспользоваться представившейся возможностью, Джулиан пришел в «Анаис» к десяти часам. Заказав виски, он погрузился в чтение статьи о влиянии культуры острова Ява на развивающиеся страны Западной Африки.
Внезапно он почувствовал, что человек за соседним столиком смотрит на него как-то слишком пристально. Но Джулиан не растерялся: дипломаты, вне зависимости от стажа, ранга и звания, должны уметь жить в не всегда приятном свете прожекторов. Лишь один раз Скарборо с самым высокомерным видом оглядел навязчивого соседа, а затем снова погрузился в газету.
Но, как ни странно, уже не мог сосредоточиться на чтении. Статья о яванском влиянии в Западной Африке, написанная с изяществом чисто французского стиля, которому завидуют во всем мире, больше не вызывала интереса. Человека, сидевшего за соседним столиком, Джулиан явно где-то видел.
Дипломат гордился своей памятью на имена и лица. Мысленно он принялся перебирать воображаемые карточки, пытаясь соотнести с чем-нибудь эту черную гриву, маленькие глубоко посаженные глазки, оливковую кожу и не очень крупное, но мускулистое тело. Два анархиста из Латинской Америки, бывший итальянский премьер и финский корреспондент, представшие перед мысленным взором, здесь явно не годились. Погадав еще немного, Джулиан припомнил, что видел этого человека шатающимся около посольства. Как-то раз незнакомец последовал за ним в кафе «Марго» в полдень, а потом сюда, в «Анаис». А может быть, и не один раз.
— Вы из американского посольства? — спросил человек на варварском английском.
Видимо, он посчитал быстрый взгляд, брошенный Джулианом за несколько секунд до этого, вполне достаточным поводом для беседы.
Джулиан кивнул в ответ, решив, что этого хватит. И со всей возможной вежливостью снова погрузился в чтение газеты. Но незнакомец со свойственной нахалам всего мира развязностью решил продолжить еще не начавшийся разговор. Он встал и пересел за столик к Джулиану.
— Вы дипломат? Может быть, из секретной службы?
Джулиан снова посмотрел на этого плохо одетого иностранца. Полную изоляцию от недипломатического мира Скарборо считал большой ошибкой. Именно потеря контакта с массами привела к краху дипломатию прошлого. С другой стороны, связываться с незнакомцем Джулиану совершенно не хотелось.
— Я работаю в посольстве Соединенных Штатов, — изрек он.
Подобный ответ как будто не таил в себе никакой опасности.
— Но не в секретной службе?
— Предпочел бы не уточнять.
— Конечно.