Потому что он в тылу, в эвакуации – а я в белорусских лесах с СВТ бегала, а до того в Минске должна была немцам улыбаться: «Чего изволите, герр?»
Жизнь тогда казалась безоблачной, а будущее светлым: можно заниматься чистой наукой и жить как все. А сейчас думаю, а может, меня судьба жить оставила, а не погибнуть как в ином мире – затем, что другая война впереди? Нет, не та, которая там так и не случилась, с атомным апокалипсисом, а незаметная, за умы и души наших людей? Чтобы через полвека те девчонки мечтали выйти замуж за ученых и инженеров, а не за «деловых»?
Ну вот, компьютер загрузился. Ввожу пароль, выбираю и запускаю программу, которую лейтенант Мамаев специально для меня на Делфи написал. Как он мое умение назвал – «продвинутый юзер»? Пользоваться умею, чем показали, а вот самой что-то изменить не получается – Мамаев сказал, чтобы в редактор не лезла и не пыталась, и в конфиг тоже, настройки собью. Ну и ладно, мне хватает…
Чем занимаюсь? В общем, тем же, что в минском подполье, только наоборот. Там по крупицам информации надо было восстанавливать картину – ну, а здесь подсовывать искаженную вражеским шпионам. И если тот американский клоун здесь один, и до сих пор в госпитале валяется – Ленка его подкармливает, Женечкой называет, а попутно впаривает дезу, в виде сплетен и слухов, – то британцев несколько десятков, копают не так нагло, но упорно, по капле, по зернышку собирают те же слухи, а после кто-то, наверное, пытается свести все вместе, как вазу из осколков склеить – полностью не получится, но хоть форму представить. И делают это они в основном через наших девчонок: кто-то, по дурости, бескорыстно, «ай лав ю», а кто-то за барахло, – и если первых я еще понять могу, то вторых, предтеч будущих «интердевочек», придавим после без всякой жалости – все они вот здесь сидят, на карандаше. Вернее, в компьютере – учил меня дядя Саша схемы чертить: кружок с именем и стрелки, кто с кем связан, в каком отношении, какая информация по какой цепочке идет – так много ли на бумаге поместится, а на компьютере без ограничений. Очень легко отследить, чужая информация откуда впервые пошла, а своя чтобы из разных источников друг другу не противоречила, а вроде бы и подтверждала. Хотя, как дядя Саша повторял, «это им надо осколки непротиворечиво складывать, пусть у них голова о том болит». Ну и если что-то правдивое утечет, то утонет в этом море дезы, как в дымовой завесе. Я не знаю, как бы у меня получалось в Минске работать, если бы в гестапо кто-то этим целенаправленно занимался, да еще с компьютером.