Могут, конечно, в темном переулке по затылку стукнуть и карманы вывернуть, особенно если приезжему и подвыпившему, но ничего более серьезного! Значит что? Враги!
Пистолет у меня не в сумочке, а под платьем. Нет еще у нас «колготок», на мне чулки и пояс с подвязками, и к этому поясу прицеплена открытая кобура под маленький браунинг девятьсот шестого года, калибр 6.35. Совсем крохотная игрушка, негодная для боя, но смертельно опасная с пяти шагов. Чтобы достать, в платье по боковому шву прорезь, как карман на мужских брюках, только руку просунуть, на пышной юбке не видно – это и есть секрет, который я показывала дяде Саше. И ветер очень удачно платье раздувает: со стороны кажется, я схватилась, чтобы чулки не показать – да смотрите, если это хоть чуть ваше внимание отвлечет, до того как вы сдохнете. Ради такого я бы и за Женю Комелькову сыграла в «Зорях тихих», только не дай бог, юбку поднимет, как на Первомайской было – увидят кобуру! Вот моя правая рука уже на пистолете, а им в складках ткани незаметно. Так получайте!
Левой рукой тяну юбку вдоль тела, справа налево – помогая выдернуть наружу правую с пистолетом. Стрелять сквозь платье, так же как и из кармана – это можно делать, только когда враг один, при движении затвора назад-вперед закусит ткань, и второй раз уже не выстрелить. Зато первый выстрел у меня идет сразу от бедра, ведь метко стрелять просто, вот вы пальцем укажите на предмет, а после проверьте, и закрепите привычку. У меня выходило хорошо. Вот не понимаю, отчего в фильмах из конца века даже солдаты или полиция из пистолета стреляют, держа двумя руками на уровне глаз? Нас учили, что когда враг рядом, надо уметь метко бить из любого положения, с правой, с левой руки, было даже такое, как заведя правую руку себе за спину, выставить ствол из-под левого локтя! Конечно, вдаль надо уже целиться, но до трех метров стрелять надо только так.
Первому в живот, с двух шагов, враг даже не успел ничего понять: я глаза подняла и встретилась с ним взглядом одновременно с выстрелом. Второй, который подступал левее, хотел метнуться за тело своего оседающего приятеля – не успел, поймал вторую пулю. И я знала уже, что не промахнулась, сразу резкий поворот («сенсей» Логинов называл это маэ-тэнкан, айкидо, простите, русбой – для непосвященных), хорошо, что не на каблуках, туфельки простые, и земля твердая, не скользко и не грязно. Помня, что третий позади – самый опасный, руки в карманах, на пистолете, и мы как мишени перед ним! Причем поворот со смещением, при этом еще приседаю и сталкиваю Михаила Петровича с возможной линии огня, еще лучше, чтобы он упал – а третий уже набегает, но не стреляет, а чем-то замахивается.