Он измеряет мощь и благополучие силой своей армии, которая действительно хороша – так бык тоже сильнее человека, однако в нашей воле и запрячь его в плуг, и пустить на мясо. Пусть русский Вождь сидит в Кремле и смотрит на марш своих железных легионов или краснознаменные демонстрации покорного народа – но если вы хотите стать частью мировой цивилизации, играйте по правилам, первое из которых – это свобода торговли! Кто-то сомневается, что по финансам и товарной массе мы превосходим русских настолько же, как какую-нибудь Бразилию? Ну а когда мы будем контролировать все денежные потоки в стране, кому тогда будет принадлежать реальная власть?
– Сталин не уступит.
– А что Сталин, – усмехнулся толстяк. – Он ведь, по сути, реликт ушедшей эпохи, как динозавр. Это было между двумя Великими Войнами, все государства грешили диктатурой, даже такие мелкие, как Албания или Эстония. Но грядет новый мир, где у Америки не будет конкурентов, с гибелью Еврорейха, а вместе с ним и независимой европейской промышленности и рынка. И тогда диктаторы, если только это не «карманные», во всем послушные нам марионетки, будут быстро сходить со сцены, ведь диктатор все ж величина непредсказуемая, мало ли что ему в голову придет – толпой в этом отношении управлять легче: «Хлеба и зрелищ», – со времен Рима никто не придумал лучше. Так что примите еще одно мое предвидение, джентльмены: наступает эпоха революций, но не опасных нам, а совсем наоборот. За свободу торговли, свободу слова, свободу парламентаризма – что еще мы можем купить с потрохами, к нашей выгоде?
– А если процесс выйдет из-под контроля? – усомнился «аристократ». – И начнется уже за свободу вообще? Так дойдет до того, что ниггеров и содомитов потребуют уравнять в правах со всеми. А кто-то и коммунизма потребует, воодушевившись лозунгами и красным цветом знамен.
– А отчего революция должна быть обязательно «красной»? – удивился толстяк. – Пусть будет любого другого цвета, хоть желтой или голубой!
Берлин, Рейхсканцелярия. 20 августа 1943 года
– Я спрашиваю у вас, господа, кто вы? Отважные германские рыцари, последняя надежда арийской расы – или сборище трусливых ублюдков, испугавшихся какой-то орды славянских дикарей?
По вашим же докладам, в Рейхе под ружьем стоят десять миллионов человек! Это считая последние чрезвычайные «французские» наборы Моделя, вместе с военизированными трудовыми частями и Арабским Легионом.