И Варшавское восстание, поддержанное английским десантом (вот только глава его, генерал Бур-Коморовский, в воинственности зашел так далеко, что потребовал от мирового сообщества последующего суда над Сталиным и Гитлером одновременно, а также Киев, Минск, Смоленск и Кенигсберг – в компенсацию польских потерь). После чего разъяренный фюрер бросил на Варшаву корпус СС с приказом стереть город с лица земли, – а Сталин, зная, как и в иной истории Коморовский нас предал, не то чтобы не шел спасать, но делал это не спеша, без лишних потерь, помня, что жизни наших советских солдат стоят много дороже, чем вся их Армия Крайова. Геббельс заявил, что сейчас в Еврорейхе под ружьем стоят десять миллионов – вот только чистокровных немцев среди них гораздо меньше, чем было в нашей истории, а боевая ценность прочих европейцев не слишком велика.
Советские люди посмотрели фильм «Обыкновенный фашизм». И прочли в «Правде» опубликованный «План Ост» и узнали, что собирались сделать с ними Гитлер и его шайка. Так что с боевым духом всё в порядке, и на фронте, и в тылу – ясно, что нам с фашистами в одном мире тесно, кто-то исчезнет, и это будем не мы. А немцы, ошалев от необъяснимых поражений на суше и на море, не придумали ничего лучше, чем обратиться к колдунам из Аненербе. Которые посоветовали Гиммлеру устроить «черные мессы» – кровавые ритуалы, где пленных приносили в жертву на алтаре. Это отнюдь не прибавило Еврорейху популярности, уже по всей Европе обсуждают, не пора ли их солдатам перебить надпись на бляхах с «Готт митт унс» на «Тойфель митт унс». Впрочем, фрицы и в нашей истории тратили на свою «мистическую академию» больше, чем на атомную программу[55]."
"А вот советский атом в этой истории родится раньше. И может быть, даже опередит «Манхеттен». С нашей помощью – и информацией, благодаря чему у янки сорвался «чикагский эксперимент», а двести пятьдесят тонн урановой руды незаметно перекочевали со склада в Нью-Йорке на борт советского судна; и операцией в Атлантике, в результате которой еще триста тонн уранового концентрата, перевозимых из Бельгийского Конго в США для нужд «Манхеттена», так же случайно оказались в СССР. Попутно еще утонул линкор «Айова» и что-то там по мелочи, включая подвернувшихся под руку (вернее, под торпеды) испанцев. Правда, против янки и настоящие немцы хорошо поучаствовали – не один бриллиантовый мега-ас кригсмарине и лучший подводник всех времен и народов (в нашей истории) Вольфганг Лют, которого мы выловили из воды, а после сдали в Полярном конвою НКВД, и от чьего лица мы слали по радио подлинным немецким шифром победные реляции.