Ну отчего часто кошки видят во мне своего? Дома у меня был когда-то такой большой, персиковый – ну целый воротник, а не котяра! А собаки отвечают полной антивзаимностью… В нашем деле лучше было бы наоборот. Опускаю руку, глажу кота – вспомни уж былое, если ты был домашний! Кот мурчит и хочет запрыгнуть мне на плечо – эй, а что я с этим приобретением буду делать?
– Позвольте мне, – старшая из женщин ловко забирает у меня кота. – Пане офицер, а можно? – и прижимает зверька к груди. Кот шипит, ему не нравится.
А в принципе, чем хвостатый помешает? Однако интересно, вот никогда бы не сказала старая коммунистка: «Пане офицер»… Кто же ты, если за тебя сам Сталин? Или брюнетка главная? Не похоже, и смотрит на меня настороженно, даже чуть враждебно, неужели из АК или среди людовцев тоже есть за «от можа до можа»? А старшая просто смертельно устала – что угодно, лишь скорее! И на родственниц не похожи, и на сколько-нибудь близких людей.
Ладно, после над этой загадкой думать буду! Сейчас без шума выдвигаемся к берегу. Нам еще надо немецкие катера убрать."
"Поначалу всё шло, как задумано. На исходную вышли без помех – кто бы мог нас тут обнаружить? – впереди мы, четверо «ночных снайперов» и двое «пираний» для подстраховки, шагах в ста позади все остальные – раз нашей подготовки у них нет, могут и нашуметь, а слышно ночью у воды далеко. Если бы немцы на катерах забились в щель между полузатопленными баржами, мы бы их так легко не достали. Но ведь фрицам тоже надо было видеть всю картину, и потому они приткнулись к борту разбитого парохода с внешней стороны, в темноте издали кажутся обломками, да с берега их почти не разглядеть, а им при свете ракет река видна хорошо: лодка появится – сразу на перехват. Будь мы одни, ушли бы без помех, надели бы аппараты и нырнули (а по пути еще подарки прицепили бы фрицам ко дну, чтобы рвануло минут через десять) – а с женщинами что делать? Потому мы четверо, где-то даже вплавь, забираемся на какое-то корыто, откуда фрицевская засада хорошо видна. Рассматриваю цели через ночную оптику. Это даже не катера, а большие моторки без палуб, похожие на наши «казанки» конца века, только мотор не подвесной, а стационарный, и посреди пулемет на стойке нам на радость – была бы броневая турель, уже проблема, а так стрелок ничем не защищен и в рост стоит. Кому тут умирать первым?.. Ну, пулеметчики – цель приоритетная, и вот тот, похоже, офицер. И мишени распределить, чтобы не бить вдвоем по одному, все ж нас четверо, их девять. «Готовы? Огонь!»
Хлоп, хлоп, хлоп. «Винторез» не СВД, но на ста – ста пятидесяти метрах с ним не сравнится ничто! Фрицы даже не поняли, откуда к ним прилетело.