Рассказывают, там женщина подошла, с мертвым ребенком на руках, и что-то у американского офицера спросила – тот лишь плечами пожал и на хорошем французском ответил: «Война, мадам, что поделать, вам не повезло, оказались не в том месте и не в то время». Так какой-то штатский француз, муж ее что ли, выхватил браунинг и выпустил пол-обоймы. Трех американцев положил и одного солдата-конвоира ранил, прежде чем его застрелили. Ну, хоть какая-то польза – после такого, во французское Сопротивление, руководимое из Лондона, верится слабо.
А мы, ночники, сидели на земле. Ну не годится наша техника и тактика для дневного боя: сближаться с целью, как мы привыкли – убьют. Но зато теперь наше время, все сидят, а мы сбиваем! Жаль, что мало нас. «Филинов» всего двенадцать, еще старых Ю-88 тридцать – а англичан прилетело не меньше двух сотен. Зенитки взбесились точно, снарядов не жалеют – ну, а мы на отходе будем ловить, когда совсем растянутся, а если кто-то подбитый, так это просто подарок!
«Есть цель! Пеленг… дистанция…» Ну вот, следующий кандидат в мертвецы. Пока у нас еще боеприпасы есть.
Раков В. И. Крылья над морем. М.: Воениздат, 1970 (альт-история)
Двадцать первого декабря 1942 года я был назначен командиром 173-го бомбардировочного полка.
Полк пришлось фактически формировать заново. Участвуя в боях на фронте с октября сорок первого на московском направлении, воюя на устаревших самолетах СБ, полк понес большие потери и еще в октябре сорок второго был выведен в тыл для пополнения. Сначала предполагалось вообще переформировать его в полк дальних истребителей, перевооружив Пе-3, затем, в связи с поступлением в войска все большего количества новых бомбардировщиков Ту-2, 173-й полк оказался в списке частей, должных получить этот замечательный самолет. Я не знал еще тогда, что моя служба будет надолго связана именно с Ту-2, от начала его широкого использования на фронте до снятия с вооружения при замене на реактивную технику. Включая весь завершающий, победный период Великой Отечественной войны.
Первые Ту-2 имели ощутимые недостатки. При вводе в пикирование наблюдалась раскрутка винтов, прогорали выхлопные коллекторы, слабым оказалось шасси, ненадежно работали бомбосбрасыватели. Неудачной была конструкция топливной системы, допускавшей неравномерную выработку горючего из баков в крыле, что нарушало центровку и осложняло пилотирование. Плохая герметизация планера ухудшала аэродинамику. Кабины экипажа, расположение в них приборов и оборудования, были недостаточно удобны.