А уж шума было бы – наши точно бы знали!
А вот у британцев с их традициями аристократических клубов как раз можно было всё решить келейно. Когда офицера-подводника вызывает для конфиденциальной беседы некий чин и ставит задачу. Как в романе Дженкинса «Берег Скелетов», изданном у нас в семидесятые, – Кириллов прочел и сказал, да, так могло быть. Это нужно Британии – значит, будет сделано. Вот только мы в этом раскладе не учтены.
Я надеюсь, что так. Потому что теоретически, знали бы о нашем присутствии британцы, могли бы послать двух охотников. Один шумнет вдали, выдергивая нас на перехват, второй уже ждет по курсу транспорта под водой в малошумном режиме (правда, первый при этом смертник без вариантов, да и второй вряд ли уйдет). Хотя это уже паранойя – но береженого бог бережет. На глубине триста даем ход в двадцать пять узлов, обгоняем транспорт, внимательно слушаем море с носовых курсовых углов – чисто! Заодно успели по изменению пеленга рассчитать расстояние до британца, тринадцать миль. Подвсплываем, поднимаем антенну, радируем на «Локсу» по УКВ изменить курс вправо. Всё ж не до конца верю я здешним противолодочным торпедам – лучше застать британца еще до погружения, до момента собственно атаки, ну а теперь ему придется догонять, если он на своем радаре видит цель. Точно – доклад с ГАКа, цель прибавила скорость, ее курс близок к курсу перехвата нашего транспорта. Ну, значит, моя совесть чиста – не случайный прохожий, а наш клиент. По совету Кириллова, делаю отметку о том в журнале – мало ли что, когда будем разбираться на берегу? Отмазывайся потом – это третий уже британец выходит, убиенный нами? Первого потопили, когда захваченный «Шеер» вели, второй осенью у Киркенеса подвернулся. Второй звался «Трайдент», с него мы и записали сигнатуру, «акустический портрет». Еще там были восемь выловленных англичан, которых мы честно сдали в Полярном нашей Конторе, об их дальнейшей судьбе ничего не знаю.
Идет мимо нас, как подставляясь под выстрел. Бьем как на полигоне, в последний момент вроде услышал что-то – но гидрология не только нам мешает, ни увернуться, ни погрузиться не успел. Два попадания, цель тонет, звук разрушения корпуса."
"– Михаил Петрович, если обстановка позволяет, просил бы вас всплыть под перископ, – говорит Кириллов. – Важно, есть ли живые.
Нашему НКВД еще и «языки» нужны? С ГАКа доклад, вокруг всё чисто, кроме «Локсы», вон она, на удаляющемся курсе, в пятнадцати милях шумит. Решаемся подвсплыть, и вроде бы в перископ наблюдаем что-то вроде плотика в волнах, видно очень плохо. Всплывать совсем? Нет, говорит Кириллов, радируйте на «Локсу». А нас тут не было и нет.
Ладно, вам виднее.