Ты пришла, шептал мне на ухо твой волк — и в этом сомневались ты или я. Твоя неловкая роль соблазнительницы не для меня, но запах твоего тела пробуждает мою кровь: мурашки побежали по телу, а страстный ругливый шепот заставляет дрожать.
Снова опустила глаза, он как раз закончил с пуговицами и резким движением рук, держась за полы рубашки, вытащил её из ремня штанов, снял и отбросил на ближайшее кресло. Когда дело дошло до ремня, я уже была готова взвыть от того тугого комка, сжимающегося внизу живота, а ещё нестерпимо хотелось укусить его и напомнить, что он мой!
Ещё миг, и он, уже голый, опускается рядом. А моё платье начинает подниматься, слежу заворожённо за тем, как он избавляет нас от последней преграды. Платье летит на кресло, бельё с трудом выдерживает натиск оборотня.
Губы Даррэла обрушиваются ураганом на мои губы, и волна страсти уносит нас. Больше не существует его и меня, есть только мы…
Он переворачивает меня на бок и вдавливает ладонь в мой живот, крепко прижимая спину к своей груди, другой рукой поднимает ногу и, сгибая её, резко входит в меня.
От неожиданности я подаюсь вперёд, но он не даёт и шанса, чтобы шевельнуться. Рука Даррэлла по-прежнему крепко удерживает меня.
Я царапаю простыню и пытаюсь заглушить крики, темп проникновения нарастает, дыхание сбивается, я открытым ртом хватаю воздух, поворачиваю голову вполоборота и сразу попадаю в плен губ Даррэла.
Нет сил, чтобы разъединиться, дыхание кое-как приходит в норму, Даррэл зарывается в мои волосы и шепчет:
– Как же ты вкусно пахнешь, моя волчица… моя Риэль… люблю тебя до безумия.
– И я тебя… мой волк.
Даррэл переворачивается на спину и утягивает меня за собой, удобно располагая на себе, я закидываю свою ногу на его бедро и, уткнувшись в шею, вдыхаю запах.
Как же вкусно.
Как же хорошо.
И нет сомнения, что я люблю его. Как будто и не было тех семи лет разлуки.
Мой. Он только мой.
– Спи, – чувствую лёгкий поцелуй в висок, и Даррэл накрывает нас одеялом.
А я, не задумываясь ни о чём, проваливаюсь в липкий и мрачный сон…
Чёрная склизкая муть забивает рот, пытаюсь открыть глаза, но не получается. Барахтаюсь на границе сна и яви, по коже ползут мурашки от надвигающейся опасности.
Знаю… осознаю… и понимаю, что нужно проснуться, нужно сбросить с себя наведённое состояние. Нужно прийти в себя, сделать рывок…
Но снова муть заполняет рот. Вкус тлена и горечи на языке, пытаюсь сглотнуть и… не могу.
