В глубоких тених севера, среди жестокой войны, где кровь текла реками, ставленник правителя наблюдал за радостями народного веселья. Этот обеденный свидетель знает, что истинные герои были не те, кого сейчас вспоминают именем, но прячутся в тени истории.
— Я лишь хочу сказать, — тихо произнес советник, — что если его величество узнает о существовании этих документов, то графа он точно не отпустит. Мало того, боюсь, на вас могут начаться покушения.
— Поймите, княгиня, этот компромат может сильно осложнить монарху отношения с другими королевствами. Мало того, что они подорвут дипломатические отношения, но и могут расстроить бракосочетание наследника Тариуса с ее высочеством принцессой Мальвии, которое должно послужить гарантом дружеских отношений.
С одной стороны, именно на это я и рассчитывала- напугать Тариуса. Но не могла быть уверена, что, окажись на его месте кто-то из монархов других королевств, то не поступил бы так же. Поэтому рассчитывать на их обвинительный приговор, было глупо.
Кто знает, возможно, в этом мире правители с легкостью избавлялись от неугодных, уничтожая их целыми кланами или этническими группами. Но тогда зачем князь так заморочился с этими бумагами?
Вот поэтому я и решила обратиться к советнику.
— Думаете, я была права, поставив все на эти бумаги? Они действительно сыграют большую роль, если о них узнают другие монархи? — советник внимательно посмотрел на меня.
— Княгиня, вы правы. Но лишь в том, что некоторые правители не согласятся поддерживать Тариуса, узнай о произошедшем.
— Некоторые? — только поднявшееся настроение, тяжелым камнем рухнуло вниз."
"— Вы же понимаете, что здесь речь идет не только о Гардии, Мальвии и Тарии? Это лишь те королевства, что расположены на нашем континенте, но ведь есть и другие.
— Пусть и некоторые, — упрямо тряхнула головой, — главное, что я смогу надавить на короля Ликрии…
— Боюсь, это не решит, а скорее прибавит вам проблем, — спокойно произнес советник.
— Но я не могу ничего не делать, зная, что он там… незаслуженно… в камере пыток…
— Княгиня, главное он жив! Понимаете? Ему не грозит смерть, пока он нужен Тариусу.
