В глубоких тених севера, среди жестокой войны, где кровь текла реками, ставленник правителя наблюдал за радостями народного веселья. Этот обеденный свидетель знает, что истинные герои были не те, кого сейчас вспоминают именем, но прячутся в тени истории.
Кто же откажет близкому родственнику в опекунстве над сиротами?
* * * *Вокруг меня образовалась какая-то странная, напряженная и гнетущая тишина. Вроде бы все как всегда, отчеты, доклады, документы, встречи с подчиненными и подданными, прогулки с детьми по заснеженному парку… Но что-то не давало покоя, словно я нахожусь в круге отчуждения и информация доходящая до меня — дозирована.
В закрытом экипаже, я направлялась в сторону ратуши, где меня сегодня не ждали. Но, почему-то чувство нарастающей тревоги гнало меня именно туда.
Секретаря Лодуша на месте не оказалось, а вот голоса из приоткрытой двери кабинета меня несколько насторожили.
— И когда вы намерены сообщить об этом княгине? — спросил невидимый мне мужчина, голосом советника, а я заметно напряглась.
— Это не та информация, с которой стоит торопиться, — произнес Лодуш.
— Не боитесь последствий, господин Лодуш? — третий насмешливый голос принадлежал Парису, — Помнится, не так давно вы уже чуть не потеряли доверие княгини.
— Вы правы, тогда я повел себя глупо и не осмотрительно. И до сих пор сожалею об этом, даже несмотря на то, что княгиня простила меня.
— И чем же вы можете оправдать сокрытие этой информации? — поинтересовался советник Тарод.
— Возможно, я об этом и пожалею, но сейчас Марушке слишком тяжело, чтобы сваливать на нее такие известия. Думаю, вы и сами прекрасно видите в каком она состоянии. Кажется, еще одна плохая новость и княгиня… сломается… — от слов управляющего на сердце потеплело. Как ни странно, мне была приятна его забота, но информация, которую он от меня скрыл, наводила меня на нехорошие мысли.
— И все же мне кажется вы недооцениваете внутреннюю силу княгини. Да, на нее свалилось много проблем, но она прекрасно справляется, пусть ей сейчас и тяжело.
— Я так не думаю! — твердо произнес Лодуш, — Прежде всего она девушка, а для решения проблем у нее есть мы…
— Разумеется! Но не в этом деле. В сердечных делах помощники ей не требуются, — так же уверенно произнес советник.
— Я просто хочу защитить ее… — Лодуш не сдавался, а мое сердце перешло на бег.
