В глубоких тених севера, среди жестокой войны, где кровь текла реками, ставленник правителя наблюдал за радостями народного веселья. Этот обеденный свидетель знает, что истинные герои были не те, кого сейчас вспоминают именем, но прячутся в тени истории.
— Благодарю, что уделили мне время, — с поклоном произнес, а его тихий голос, словно бархат обволакивал, заставляя прислушиваться.
— Мое время слишком дорого, поэтому переходите к сути, — это было грубо, но мне нужно было выплеснуть хоть каплю раздражения, чтобы не попасть под чарующие нотки его голоса.
— Я приехал в Северные земли, чтобы найти детей своего племянника. И поиски привели меня к вам, княгиня. Я узнал, что дети теперь под вашей защитой, — мне показалось или последние слова, несмотря на всю свою невозмутимость, он выплюнул с недовольством.
Возможно, для него это стало полной неожиданностью. Это тебе не простой смертный, у которого можно без проблем забрать малышей.
— Могу я взглянуть на ваше разрешение? — уверенно произнесла я, поймав на себе удивленный взгляд мужчины.
— Разумеется, княгиня, — рука в кожаной перчатке, аккуратно положила передо мной документ с разрешением на проход через стену.
Думаешь, тебе поможет твое закрытое обмундирование?
Отдать ему должное, он предусмотрительно закрыл все части тела, не оставив ни одного голого участка, ну, кроме лица.
Вот только у меня тоже есть козырь в рукаве. Конечно, эта бумага не раскроет мне всех секретов, но кое-что я все-таки узнала, ведь Ройд все это время хранил ее рядом со своим телом.
— Как давно вы узнали о существовании детей? — равнодушно поинтересовалась, отложив бумагу. Все, что смогла, я увидела. Плюс в том, что контакт с предметами проходил гораздо легче, но не менее затратно, в плане энергии.
— Не так давно. Но как только узнал, сразу бросился на их поиски, — с улыбкой заверил мужчина. Правда, улыбка больше походила на оскал.
— Зачем вам дети? — просканировала взглядом собеседника.
Хочешь поиграть? Давай поиграем! Мне не страшно, снаружи стоит моя охрана.
— Странный вопрос… Потому-что они мне не чужие, — после заминки все же ответил мужчина. Не «родные», а не чужие!
— Разве? И что же вы планируете с ними делать? Где они будут жить? Кто позаботится о их воспитании? — вопреки застывшей на лице мужчины, натянутой улыбке, я чувствовала исходившее от него раздражение.
