На него вдруг накатила прежняя злость, которую он как будто научился сдерживать.
— Мне следует извиниться. Твое чувство юмора мне не по душе. Но это твой дом. Мы оскорбили друг друга. Обычно в таких случаях...
— Вызывают на дуэль? — перебил Валентин. — Чепуха для вояк. К счастью, бокал не разбился; он принадлежал еще моей бабке Чайновет. Старинный. Большая часть их вещей старше Вильгельма Завоевателя.
Филип попытался совладать с гневом.
— Извини. Я пришел по делу. Мои чувства к Клоуэнс и твой пренебрежительный тон... Еще раз прошу прощения.
Валентин поставил бокал обратно в буфет.
— Что ж, тогда рассказывай, зачем пришел, и уходи.
На сюртуке Валентина остались следы от вина; на Филипа же попало только несколько капель, которые он тщательно стер.
— Так вот. Я плохо начал, но... Вряд ли ты слышал от новой компании под названием «Горнодобывающая компания северного побережья». Я председатель правления.
Валентин потер лицо.
— Что ты знаешь о горном деле? Почти ничего!
— Полностью согласен. Я знаю только то, что известно здравомыслящим людям этого графства. В горном деле ты либо быстро богатеешь, либо медленно нищаешь, если обстоятельства складываются не в твою пользу. Я почти ничего не знаю о горном деле, но мои партнеры знают достаточно.
— Кто они? И тебе что нужно?
— Я не могу назвать имена партнеров. Чего хочет компания? Выкупить акции твоей шахты Уил-Элизабет.
Валентин растер вино ногой по ковру.
— Уил-Элизабет? Да у тебя с головой не в порядке! С чего мне вдруг продавать золотую жилу?
— У нас иные сведения. Как мы понимаем, добыча в трех шахтных стволах не ведется, а оставшиеся два не приносят достаточно прибыли.
— Так вот, ваши сведения ошибочны. В нашем последнем отчете ты увидишь...
— Всего лишь домыслы под оберткой фактов.
— Тогда зачем вам шахта? — спросил Валентин. — Если она не представляет ценности?
— Мы считаем, что перспективы для развития есть.
Они снова замолчали.
— Кто твои партнеры? Я ведь все равно скоро узнаю. В Корнуолле такие тайны раскрываются быстро.
Филип снял очки и спрятал их.
— Вопрос в том, достаточно ли скоро.
— Тебе известно, что в Плимуте арестовали Джона Пермевана.
— За подлог, как я понимаю.
— Есть серьезные подозрения, что он составил последний отчет по Уил-Элизабет. В любом случае в твоем отчете много ложных сведений, а благодаря ему ты получил значительную сумму от инвесторов с севера. Выпуск фальшивых отчетов — это мошенничество. Если тебя признают виновным, то отправят в тюрьму.
— Понятно, — отозвался Валентин. Потом поднял взгляд и прислушался. — Как же теперь тихо в доме! Я недавно переселил Батто в летний домик, а ему совсем не понравилось. Тебе надо повидаться с ним перед уходом.