Когда ставишь диагноз, надо помнить об успехе и провале.
— И какой ваш диагноз по поводу моего... нашего счастья в браке, доктор Энис?
— Этот вопрос лучше задать гадалке. Тут я не помощник.
На улице послышался цокот копыт.
— У меня странное предчувствие, — признался Пол.
— По поводу вашего брака?
— Насчет жизни в целом. Если в жизни и есть цель, то это зло, а не добро.
Изабелла-Роуз приехала на Пасху, все такая же жизнерадостная, пышущая энергией, словоохотливая и распевающая песни. С единственной разницей, отметила Демельза, что в голосе заметно поубавилось корнуольской картавости.
А певческий голос (ее «инструмент», как теперь она говорила) значительно улучшился. Он звучал полнее, Белла стала гораздо лучше им владеть. Росс признался, что теперь слушать ее действительно одно удовольствие.
— Но звучит не так приятно в среднем регистре, как у Кьюби, — шепнул он Демельзе.
— У Кьюби только и есть средний регистр, — ответила она, — и нет такой силы в голосе.
— Знаю, любовь моя, знаю. Что ж, Фредерикс творит чудеса.
Кристофер не приехал с Беллой. Ротшильд надолго бы его не отпустил, но, тайком наведя справки, ему удалось выяснить, что миссис Карн (жена банкира, который не был Демельзе родней) едет в Фалмут и с радостью составит компанию юной леди. Белла провела дома целый месяц.
Все старались не замечать перемен, но с приездом Беллы Нампара заметно оживилась. Генри голосил на октаву выше, чтобы его расслышали, и они с Беллой носились по пляжу, как два выпущенных на волю щенка.
Легкое раздражение в Пасхальную неделю вызывали постоянные визиты Агнеты Тренеглос. Неважно, что именно случилось между ней и Валентином, но это явно закончилось, и поскольку Валентин запретил ей появляться в Плейс-хаусе, она наведывалась в Нампару, надеясь застать его там. Всегда являлась одна, но потом какая-нибудь из сестер забирала ее домой, то есть Агнета сбегала из Мингуза украдкой. Демельза несколько раз видела Рут, но та смотрела на нее, как на служанку, и никогда не заговаривала. Джон еще дважды виделся с Россом, но имя Агнеты не упоминалось. Он тоже стал холодным и отстраненным. Росс твердо решил не прогонять Агнету, невзирая на жалобы Беллы, что та надоедает. Он считал, что Валентин виноват в произошедшем как минимум процентов на восемьдесят, и потому Росс не мог срываться на неполноценной девице.
Росс почти не видел Валентина, который явно на время скрылся, выжидая, когда же Агнете надоест, и она отстанет.
