Я положила сотовый в карман и пересказала Дмитрию Александровичу разговор с Зуевым.
– Аборт разрешен до двенадцати недель, – поморщился старик, – пятнадцать-шестнадцать слишком большой срок. Давным-давно, еще в советские времена, я один подпольный родильный дом накрыл. Но тогда никаких особых противозачаточных средств не было. Сейчас же в аптеках полный выбор, покупай, что нравится. Почему у некоторых баб голова напрочь отсутствует?
Я решила защитить Анюту:
– Может, она специально забеременела. Подумала, что родит ребенка, сына, Малик тогда на ней точно женится."
"– Ничего хорошего из брака по залету никогда не получается, – отрубил старик. – Короче, надо прощелыгу искать. Договорю, что из-за звонка не успел. Малик мог избавиться от Насти, которая про его отношения с Анютой знала, и от самой «невесты». Теперь он главный подозреваемый. Но не забывай, что Кира тоже как-то в этой истории замешана, ей квартирку заполучить охота.
* * *Попрощавшись с Дмитрием Александровичем, я поспешила в общежитие. Хотела выехать на третье транспортное кольцо, предусмотрительно глянула на навигатор, увидела, что предполагаемый путь почти весь отмечен красным цветом, и свернула направо. Отлично знаю про небольшую улочку, не отмеченную на карте. Это даже не улица, а цепь сквозных дворов, по которым можно объехать значительный кусок затора. И, похоже, кроме меня никто этот хитрый путь пока не разведал.
Радуясь своему недюжинному уму и завидной сообразительности, я докатила до неожиданно возникшего на пути шлагбаума. Ага, понятно, жители одного из домов решили закрыть свой двор. Не расстроившись, я повернула налево, направо… и там увидела новое заграждение. Решила не сдаваться, покатила вперед и – уперлась в табличку «одностороннее движение». Встречное! Ну почему знак надо вешать исключительно там, где он уже начинает работать? Отчего не предупредить человека заранее, чтобы он мог подыскать альтернативный маршрут? Ладно, на сей философский вопрос ответа нет, лучше подумаю, как отсюда выбираться. Район хорошо мне знаком, тут неподалеку находится музыкальная школа, куда я ходила в детстве.
Лучше всего ехать вперед, куда ни в коем случае нельзя. Если я сверну направо, то вскоре вновь окажусь около третьего транспортного кольца, на которое соваться не стоит. Пришло же ГАИ в голову водрузить здесь знак! А что, если…
Я огляделась по сторонам. Никого. В самом центре Москвы есть тихие уголки, где кажется, будто на дворе все еще семидесятые годы прошлого века, а не современная действительность, когда от машин деваться некуда. И сейчас я как раз оказалась в таком патриархальном местечке. Вокруг дома́ старой постройки, некогда с коммунальными, а теперь с фешенебельными дорогими квартирами.