В "Белом на Голубом" картина мира меняется мрачнее и более таинственно. Безумная месть ждет тех, кто осмелился упрекнуть притязательную женщина. Герой из безоблачной юности окажется на грани, потеряя все за дерзость - тогдашний мир скроет лишь мрак и ненависть.
Удивительно, что за извращенная, злая и больная фантазия у этой жещины. Уничтожить его, убить безжалостно его друзей, его мать, Вильмора. В исчезновении Евтихии он теперь тоже подозревал Онхельму, и только какое-то внутреннее чутье подсказывало ему, что девушка жива. Да и дракон, которого он почти не чувствовал внутри, подтверждал это. И после всего этого...
Он вспомнил, каким взглядом на него смотрела Онхельма, с какой странной жаждой, будто он необходим ей как воздух. Алексиора передернуло от овтращения.
Не хотелось больше в этой мерзости копаться.
Просто надо вернуться домой, потому что там война и его народ в опасности. И как сказал тот колдун, каждый, умеющий сражаться, будет на счету. Конечно, новой встречи с Онхельмой не избежать, им еще предстоит схлестнуться, но не об этом ему хотелось сейчас думать.
Сейчас 'Евтихия' под всеми парусами набирала ход, направляясь к родному берегу. Может быть, это станет его первым шагом на пути к Евтихии? Алексиор почувствовал тянущую тоску внутри и понял, что принадлежит она именно дракону.
И кстати, раз уж они вместе, пора им наконец поговорить.
Глава 57.
Из портала Мариэс вывел Онхельму в маленькую комнатку, куда было натащено отовсюду разных накопителей.
- Мариэс, может, все-таки расскажете мне нормально, что происходит?!
- Сейчас сами увидите, Ваше Величество, - мрачно ответил он и повел ее на дворцовую галерею, с которой открывался широкий вид на море.
Да... Весь горизонт был засорен разнообразными парусными посудинами. К берегу они не подходили.
- У нас сильный флот. Но в основном торговый. Да, 'торговцы' имеют на вооружении пушки и экипажи достаточно опытны, чтобы оказать сопротивление пиратам, - отрывисто и резко говорил он, - Но одиночным кораблям. Никогда еще подобная опасность не грозила Версантиуму с моря! Никогда...
Он замолчал, сжав кулаки и тяжело дыша. Онхельма взглянула на советника, оценив его напряженное и подавленное состояние, и проговорила:
- С этим мы справимся.
- Еще? - воскликнул он, - Орки на севере и востоке, кочевники, отряды даже из далекого Ши-Зинга появились.
- Как далеко они проникли вглубь страны?
Сейчас Онхельма не выглядела слабой женщиной или безвольной, или, упаси Боже, испуганной дурой. Сейчас это была собранная, уверенная в себе воительница. Мариэс даже поразился перемене.
