В "Белом на Голубом" картина мира меняется мрачнее и более таинственно. Безумная месть ждет тех, кто осмелился упрекнуть притязательную женщина. Герой из безоблачной юности окажется на грани, потеряя все за дерзость - тогдашний мир скроет лишь мрак и ненависть.
В долгу Дениза не оставалась, у нее для каждого найдется 'доброе' слово, но это не отменяло того факта, что сия почтенная дама восседала на специальном стуле. За соседним столиком три наглеца поспорили: двойной это стул или тройной. Вообще-то, он был тройной, но какого черта?!
Она, нисколько не смущаясь, высмеяла парней и многозначительно добавила:
- Вот вернется из плавания мой красавец-зять, все зубы вам, охальникам, пересчитает.
Старожилы тут же воскликнули:
- О, только не это! Теперь она три часа не остановится! Мой Ширас то.
Ей просто было лень вставать, а тряпкой всех не достанешь, так что закончилось все довольно мирно. Толстуха просто рассмеялась.
Ширасу на свадьбу Алексиор подарил тогда свой корабль, 'Евтихию'. С тех пор Ширас на 'Евтихии' и жил. Вместе со своей молодой женой. Странно даже, пол жизни был жителем черной пустыни, а оказалось, что у него в крови лазурное море. Он и сам не знал об этом, но всегда желал чего-то... такого.
Зато теперь все морские дороги были перед ним открыты, а главное, его женщина была рядом.
С тех пор, как на престол взошел наследник Алексиор, жизнь в стране потихоньку вернулась в прежнее русло. И говорить теперь можно было обо всем, не опасаясь, что твои, невинные вроде бы, слова могут привести в застенок, а то и на эшафот.
Однако все привыкли к тому, что сам их молодой государь всегда печален. Он принес много хорошего другим, но получалось так, будто этого хорошего ему как раз и не хватило. Надо сказать, что люди вполне искренне желали ему счастья.
Тем более удивительным было видеть его в тот вечер таким...
Он вошел в собственный город через северные ворота, хотя никто не помнил, чтобы царь выходил в том направлении. Более того, выглядел царь не совсем пристойно - замотанный в какую-то старую рыболовную сеть на прямо голое тело. А на плече у него сидела белая голубка. И уж совсем удивительным было то, что юный царь Алексиор смеялся! Смеялся счастливым смехом.
