В "Белом на Голубом" картина мира меняется мрачнее и более таинственно. Безумная месть ждет тех, кто осмелился упрекнуть притязательную женщина. Герой из безоблачной юности окажется на грани, потеряя все за дерзость - тогдашний мир скроет лишь мрак и ненависть.
Вильмору вдруг стало так тепло на душе, оттого что жена хочет сделать приятное его приемному сыну и наследнику, что он растрогался.
- Спасибо тебе, что стараешься сблизиться с моей семьей.
- Знал бы ты, насколько близко я собираюсь сблизиться с отдельными представителями твоей семьи, - мысленно расхохоталась колдунья, а вслух сказала, - Это ведь теперь и моя семья."
"У старого царя не осталось слов, он просто потупился, скрывая слезы умиления, потом качнул головой и сказал:
- Мне пора, милая, до вечера.
- Пока, мой дорогой.
Вильмор ушел, а Онхельма, до того являвшая собой сонное создание, полное неги, тут же бодро подскочила и, отпустив служанок на весь день до вечера, полезла в свои книги. Идти в лабораторию Мелисандры не хотелось принципиально, она решила все сделать здесь же в спальне. Надо только хорошо продумать, подарок должен быть небольшим и не слишком привлекающим внимание, но надежным! Надежным для ее целей.
К вечеру подарок был готов. Давно она так напряженно не работала.
Результатом трудов Онхельмы было кольцо.
- Прекрасное сочетание, прямо государственные цвета Страны морского берега, -хохотнула царица про себя.
На самом-то деле, это был обычный манок, точнее не совсем обычный, а совершенно эксклюзивный, потому что подманивать она собиралась не гусей или уток. Царица с помощью этого артефакта собиралась призывать наследника к себе, причем так, что он не поймет, откуда исходит зов, а противиться не сможет. Осталось только подобрать сам зов. Она злорадно усмехнулась, потому что имела идею на этот счет. Но это уже завтра, вот-вот вернется Вильмор, надо успеть подготовиться к его приходу.
- Хорошая жена должна встречать мужа во всеоружии своей красоты, - ехидно усмехаясь, пробормотала Онхельма и вызвала служанок.
Надо было принять ванну, подготовить великолепный ужин, украсить спальню цветами. Пусть старый дурень порадуется напоследок.
Потом Онхельме пришло в голову, что можно бы и Вильмора оставить для утех, старый муж хоть и старый, но в постельных делах мог бы дать фору молодому. Тогда у нее будет молодой любовник для души и старый муж для тела.
