В "Белом на Голубом" картина мира меняется мрачнее и более таинственно. Безумная месть ждет тех, кто осмелился упрекнуть притязательную женщина. Герой из безоблачной юности окажется на грани, потеряя все за дерзость - тогдашний мир скроет лишь мрак и ненависть.
- Проклятая судьба! Смерть всегда забирает лучшее, что у нас есть! - водный был молод, совсем юн, он еще не успел привыкнуть к потерям.
Глядя на него, Сафор мог бы сказать, что не из прихоти решил никогда не вмешиваться в дела людей, не иметь среди них привязанностей, просто не хотел больше боли. Мог бы поведать, что тоже приходилось пережить смерть и страдания тех, кто был ему дорог.
Нириель, видя, что окровавленное тело его маленькой человеческой сестрицы прибой скоро вконец размочалит о камни, простер руку и то, что от нее осталось медленно погрузилось на дно.
- Пойдем, Евтихия, пойдем со мной."
"Голубка прилетела на его зов, в сторону фиордов они направились вместе.
Глава 15.
Праздник шел уже несколько часов. Все действительно было очень красиво и Алексиору даже неожиданно понравилось. Оказывается, его в городе так любят...
Подарки несли все. Друзья, родственники, преподаватели и наставники (ослепительная улыбка Антионольфа, когда он расхваливал таланты царевича, просто затмевала солнце!), простые горожане, ремесленники, моряки, даже наемники и стража, даже трактирщики! Даже Нильду видел! Она была немного бледна, но улыбалась во весь рот.
Он успел шепнуть:
- Откуда достала?
Девчонка подмигнула и хихикнула:
- А, из страны Ши-Зинг. Товары оттуда везут сначала сушей, потом морем. Ты же знаешь, мой дед контрабандист...
В самом конце, после всех свои подарки делали царь с царицей.
- Называть ее будешь сам, - услышал он.
- Я назову ее 'Евтихия', - он и не задумывался, как назвать свое новенькое судно, слова сами слетели.
При этих словах легкая тень набежала на прекрасное лицо государыни, а потом тень сменилась странной улыбкой.
Алексиор собирался прямо сейчас бежать в порт, но Вильмор остановил парня, возвращая его к действительности:
- Завтра. Это подождет.
Вслед за припадком эйфории к Алексиору вернулась тревога, в который раз за сегодняшний день юноша испытал беспокойство, он со вчерашнего дня не видел свою невесту. Оставалось только успокаивать себя мыслью, что его девушка не любит толчеи и шумных мероприятий.
