В "Белом на Голубом" картина мира меняется мрачнее и более таинственно. Безумная месть ждет тех, кто осмелился упрекнуть притязательную женщина. Герой из безоблачной юности окажется на грани, потеряя все за дерзость - тогдашний мир скроет лишь мрак и ненависть.
- Зачем?
Прекрасная молодая женщина усмехнулась и ответила:
- Ты стар, муж мой... - она пожала плечами, словно это было само собой разумеющимся.
Вильмору стало очень больно.
- Но зачем? Я же не импотент... Мне казалось...
- О, ты тут не причем, просто... Чтобы пробудить в себе страсть...
- К старику, - закончил за нее царь.
Она ничего не ответила, но смотрела так, что ответ напрашивался сам собой.
Вильмору было так больно, что он задохнулся.
- Значит... Чтобы лечь со мной... Тебе приходится... - он не смог договорить.
Ему больно? Что ж поделаешь. Зато не будет задавать глупых вопросов о вчерашней ночи.
- Прости, - проговорила Онхельма, глядя в окно.
- Зачем... Зачем ты вышла за меня, если я так тебе противен... Зачем?
Он не стал слушать, что эта женщина станет говорить, он не мог слушать. Ему было очень больно в груди. Так, словно сердце сейчас разорвется. Вильмор тихо встал и вышел из спальни. А потом ушел к себе и заперся в кабинете.
Через два часа его нашли без сознания.
Царь был жив, но очень плох.
***
Лучшего развития событий для Онхельмы невозможно было представить. Она забрала больного мужа к себе в покои, окружила заботой. Пичкала его всевозможными лекарствами собственного изготовления (в основном позволявшими и дальше держать его в беспамятстве), причитала. При этом вид у нее был такой трагический, что вина гнусного насильника-царевича Алексиора теперь уже ни у кого не вызывала сомнений. А если и вызывала, то никто не решался эти сомнения озвучить.
Напрасно к ней приходили молить за друга Семнорф, Маврил, Эфрот и Голен. Напрасно в ногах у царицы валялась Ириада. Государыня Онхельма была непреклонна.
Наследник Алексиор, насильник и убийца, повинен в том, что нанес смертельное оскорбление царю и царице, в том, что погиб их будущий ребенок, и, наконец, в том, что государь Вильмор, любивший его как отец, сейчас тяжело болен и находится без сознания.
Царица Онхельма велела созвать Совет и обратилась к мудрейшим с обвинительной речью.
- Я не прошу о наказании недостойного. Я могу быть несправедливой и пристрастной. Пусть это будет вашим и только вашим решением.
***
Просто удивительно, как быстро всеобщая народная любовь может смениться столь же всеобъемлющей ненавистью и презрением.
Совет вынес вердикт. 'Повинен смерти'.
Он будет повешен через три дня на дворцовой площади.
Даже не обезглавлен, нет, повешен, как собака.
Так и сообщили заключенному.
