В дремучем лесу, окутанном мраком ночи, в шумных боях с воинами Чудов Языков они ставили крест. Каждый шаг был опасен: белое пятно на карте несметными силами стремилось уничтожить их отряд, превратив в бесконечный череду потерь и смерти. Вокруг только тьма - но вот свеча дрожит в руке Сашка, юноши семнадцати лет, и мир вокруг замирает, ожидая светлая искры надежды....
Оказался этот человек вовсе не дяденькой, а молодым, слишком даже молодым парнем. И это было еще значительней и интересней. При других обстоятельствах они с таким, конечно, были бы просто на ""ты"", а вот поди же... Парашютист, и отважный какой! Где уж там на ""ты"".
Парфен отпил несколько глотков, передохнул. Еще раз присмотрелся к их сосредоточенным лицам.
- Ну что же, партизаны, давайте познакомимся поближе...
Это ""партизаны"" хлопцам явно понравилось. Однако ни один из них и бровью не повел. Их лица так и остались замкнутыми, сурово-сосредоточенными.
- Начнем с тебя, - продолжал Парфен, обращаясь к самому высокому и, как ему казалось, самому старшему. - Тебя как зовут?
- Тимко, - низким баском прогудел высокий и добавил, сдержанно улыбнувшись: -Тимко Цвиркун.
- А тебя? - перевел взгляд на среднего, с вихрастыми, русыми, давно не стриженными волосами.
Тог вздернул редкие рыжеватые бровки, отчего личико его с большим ртом и сухими острыми скулами обрело недетски строгое выражение. Буркнул скупо, коротко:
- Марко.
- А тебя?"
"Самый маленький ростом, который оказался самым старшим и носил фамилию Стреха, насупился, помолчал. Потом было открыл рот и снова крепко стиснул губы. У него, оказывается, не было переднего зуба, и поэтому некоторые слова он произносил с присвистом.
- Як тебе обращаюсь, - повторил Парфен.
- А! - дернул плечом Стреха.
- Что ""а""?
- Его Аполлоном зовут, - опередил других высокий, широко и словно бы даже насмешливо улыбаясь.
- А!.. - уже по-настоящему сердито буркнул Аполлон.
- Ну почему же? - успокоил его Парфен, - Имя как имя!.. Нормальное. А скажите, хлопцы, это все вы сами вырыли или помогал кто?
- Сами.
- А как же вы рыли?
- Ночами.
- А кто еще знает об этом укрытии?
- Никто. Только мы втроем.
- А долго копали?
- Да почти три месяца.
- И никто не заметил?
- Никто.
- А матерям что говорили?
- А что им говорить? Все равно целое лето ночуем то в степи, то здесь, только не дома. Чтобы, значит, в Германию не захватили внезапно.
- А почему к партизанам не ушли? - спросил Парфен, помолчав.
- К партизанам? - Аполлон даже свистнул сквозь дырочку в зубах. - Если бы мы знали, где они, эти партизаны!
- А что, нет разве партизан?
- Есть-то они есть, почему же. А вот только где...
