Автор
В черных очках и синей юбкой Элизабет Спенсер входит в гостиную, ее светлые волосы волнами опускаются на спинку стула. Темно-синие глаза Элизабет и нежно-розовые губы делают ее образ ослепительно красивым. Но она не просто красоткой: Элизабет обладает прекрасным вкусом, выбирая для ужина синее шелковое платье в тон своих глаз....
Раз уж она приехала на этот вечер, то непременно надо блистать, а не таиться по углам.
— Нет, спасибо. Подожду до ужина.
Но Питер не успокоился. По-хозяйски положив ладонь на тонкую талию Элизабет, он повел ее к кружку весело переговаривающихся гостей. Они прошествовали мимо четы Спенсер, сопровождаемые их одобрительными взглядами, затем миновали миссис и мистера Аткинс, также вызвав восторг. Похоже, все считают, что свадьба — дело решенное.
Но Элизабет придерживалась другого мнения. Претило, что в ее двадцать пять лет родители по-прежнему видят в ней маленькую дочурку и позволяют себе выбирать за нее.
— Мама напрасно так сильно волнуется, — произнес молодой человек, наклоняясь к уху спутницы. — Джанни предупредил, что может задержаться.
— Джанни? — переспросила Элизабет, сразу же заинтересовавшись личностью, посмевшей опаздывать на прием к Аткинсам.
— Копполо, — пояснил Питер, несколько изумленный неосведомленностью подруги.
— А каким ветром его занесло в Лондон?
— Он собирается открыть отделения в Глазго и в Эдинбурге и для этого решил на время перебраться в Англию. Предпочитает сам вести переговоры.
— Да, впечатляет, — протянула Элизабет, рисуя мысленный образ банкира: небольшого роста, толстенький и лысеющий господин под ручку с молоденькой красавицей женой.
— Не то слово! Отец будет искать его поддержки, — доверительно сообщил Питер. — Он надеется получить ряд льгот…
Значит, сегодняшний ужин — это лишь часть большого и далеко идущего плана мистера Рэндалла Аткинса. Честно говоря, Элизабет уже до чертиков надоели все эти политические и коммерческие интриги, делающие из человека послушную марионетку. Ее творческая натура жаждала свободы.
— Ужин продлится часа два, еще часок на десерт, кофе и беседы ни о чем, а потом мы с тобой улизнем в клуб.
Похоже, это не приглашение, а распорядок вечера. Питеру даже в голову не пришло, что у нее могут быть совсем другие планы. Элизабет уже хотела было возмутиться, но, повинуясь некоему шестому чувству, повернулась к двери. Увиденное заставило ее пульс забиться с удвоенной силой.
— Джанни, — произнес Питер, проследив за ее взглядом.
