Автор
В черных очках и синей юбкой Элизабет Спенсер входит в гостиную, ее светлые волосы волнами опускаются на спинку стула. Темно-синие глаза Элизабет и нежно-розовые губы делают ее образ ослепительно красивым. Но она не просто красоткой: Элизабет обладает прекрасным вкусом, выбирая для ужина синее шелковое платье в тон своих глаз....
— Подожди, Бет, не уходи! — воскликнул он. — Ты все не так поняла!
— Я поняла все правильно! Ты меня использовал и теперь сам же в этом сознался! Зачем ты обманом затащил меня сюда? Для того чтобы поиздеваться? — Она отчаянно сопротивлялась, пытаясь вырвать руку. — Пусти меня! Я не игрушка, ты не смеешь, не смеешь так со мной обращаться!
Слезы текли по ее искаженному болью лицу, но Элизабет их не замечала. Ей было очень горько, очень плохо. Вот и настал момент, которого она так боялась! Они с Джанни расстаются навсегда.
— Бет, послушай! — Джанни как-то исхитрился обнять ее и теперь не разжимал рук, несмотря на сопротивление Элизабет. — Да, я заманил тебя сюда обманом, каюсь. Я виноват, слышишь? Но у меня есть оправдание, я боялся…
— Интересно — чего? — презрительно осведомилась она.
— Я… Подожди, только не убегай!
Удостоверившись, что Элизабет стоит спокойно и не делает попыток выскочить из комнаты, он вдруг отошел на шаг и с полнейшей серьезностью опустился на одно колено.
— Элизабет Спенсер, — торжественно произнес Джанни, — я люблю тебя. Выходи за меня замуж, прошу тебя. Уверяю, ты не пожалеешь об этом.
Ошеломленная женщина застыла на месте. Некоторое время она просто смотрела на коленопреклоненного мужчину, потом на ее лице отразилась искренняя тревога.
— Джанни… — нервно произнесла Элизабет. — Джанни, милый… ты сошел с ума?
— Вовсе нет. Я еще никогда не был так нормален, как сейчас.
— Н-не знаю, — честно призналась та. — Все это очень неожиданно.
Джанни поднялся и взял ее руки в свои. Его глаза смотрели с надеждой.
— Я хотел сделать все, как можно лучше, — пробормотал он. — План был такой великолепный… Я подождал, пока страну покинет этот чертов Аткинс, увез тебя подальше от родственников и знакомых… Знаешь, в Лондоне даже предложение руки и сердца сделать невозможно: того и гляди из-за угла вынырнет какой-нибудь хлыщ и уведет тебя у меня.
Внезапно Элизабет, пытавшуюся уловить в этой бессвязной речи хоть какой-нибудь смысл, осенила догадка.
— Джанни… Джанни, ты что, боялся сделать мне предложение?
— Боялся, — честно признался тот. — А как мне было не бояться? Я приехал в Лондон по делам и тут встречаю тебя! Да еще с этим Аткинсом. Я просто не знал, что делать. Элизабет, ты не представляешь, какая ты необыкновенная.
