Белый асфальт — читать онлайн бесплатно полностью

И, если кто-то не хотел, чтобы правда о Зориной всплыла, Лаврентьевой было рискованно идти на такой шаг.

– Да, она рисковала. – Выслушав его, заметила Стерхова. – Но иногда люди идут на риск, если уверены в своей правоте. В подтверждение этой версии вот что я нашла в материалах следствия. – Поворошив бумаги, Анна взяла машинописный документ.

Оба ее сотрудника дружно придвинулись к столу, и она продолжила:

– В списке вещей Лаврентьевой, оставшихся на зимовье после ее исчезновения, не было записной книжки, о которой рассказывал Семочкин.

– Но она не могла взять ее с собой на маршрут – это бессмысленно. – Заметил Астафьев. – Выходит, ее украли?

– Не думаю, – ответила Стерхова. – Записная книжка была важна для Лаврентьевой. Возможно, в ней была информация, компромат или просто важные записи, которые не должны были попасть в чужие руки.

– Я уверена, Лаврентьева не оставляла записную книжку в своих вещах.

– Куда же она ее дела?

– Да куда угодно. Могла спрятать.

– Мне кажется, что это притянуто за уши.

 – Сказал, как отрубил, Добродеев и, нахмурившись, откинулся на спинку стула. – Мы не можем цепляться за подобные мелочи и строить маловероятные версии.

– Мы обязаны рассматривать все версии. Предлагайте, если у вас есть другие.

Стерхова механически переложила с места на место бумаги. Его взгляд был сосредоточен, она явно пытался что-то связать в голове. Наконец, она снова заговорила:

– Теперь самое главное. Когда я изучала конспект урока Зориной, наткнулась на странную пометку на полях: заглавная буква А, число 14, знак стрелки, цифра 7, обведенная кружком, и звездочка.

На первый взгляд – ерунда. Но я уверена, что эта пометка содержит важную информацию.

Усмехнувшись, Добродеев посмотрел на нее.

– Какая-то дичь! Для чего эти ребусы? Нельзя было просто записать?

Не обращая внимания на его замечание, Стерхова продолжила разбирать детали:

– Сначала я тоже подумала, что это ничего не значит. Потом вспомнила номер комнаты, в которой жила Зорина – 1-14. Но зачем записывать номер комнаты, который и так помнишь?

– А если это дата? – предположил Астафьев и вдруг поднял брови, как будто его осенило.

 – Зорина писала свой конспект тринадцатого июля – на нем проставлена дата. Ну, а четырнадцатого, на завтрашний день, она могла запланировать что-то важное. Что-то, о чем боялась забыть. И это могло быть связано с ее исчезновением, потому что она пропала четырнадцатого июля.

Добродеев покачал головой, но спорить не стал.