Предстояло ознакомиться с отчетами четырех сенатских комиссий и вынести свой вердикт по каждому. Он работал до самого обеда, от цифр пухла голова, Родерик далеко не все понимал в отчетах, но заставлял себя продираться сквозь зубодробительные формулировки юристов.
Покончив с отчетами, президент в сопровождении охраны спустился в ресторан на первом этаже и с удовольствием пообедал. А когда вернулся в свой кабинет, его ожидал там неприятный сюрприз. В одном из кресел, закинув ногу на ногу, сидела Элизабет Харди и курила свою вонючую папиросу, запах которой всегда приводил Родерика в ярость, но показывать этого он не осмеливался. Слишком влиятельной была эта тощая сука. Иначе он про себя мисс Харди и не называл.
– А, вот и вы, – презрительно бросила феминистка. – И где же вы шлялись, господин президент?
– Обедал, – зло буркнул он, пытаясь понять, почему ее пропустили сюда без его ведома, не предупредив. Это значило, что его секретарь на самом деле работает на Харди, и секретаря нужно срочно менять. Да и охрану тоже. Ему еще год ходить в президентах. – Вы что-то хотели?
– Хотела! – нагло заявила Харди. – Вы зарвались, господин президент. Сообщаю вам, что ваша политическая карьера закончена! С этого момента вас не поддержит больше никто.
– Но что я сделал?! – ошалело приоткрыл рот Родерик. На ее хамство он не обратил внимания, стиль общения этой женщины давно никого не удивлял, и иного поведения от нее ждать было бы трудно.
– Вы не обратили внимания на величайшую опасность для нашего образа жизни! Двести лет мы не встречали ничего опаснее! Неужели до ваших крохотных мозгов не доходит, что значит восстановление Росской Империи?!
– Опять этот Росс… – простонал он. – Да что вы все, на нем помешались?
– И это – наш президент?.. – гадливо скривилась Харди. – Чем я смотрела, когда поддержала вас?! Что ж, мистер Родерик, у вас единственный шанс хоть как-то удержаться на плаву. Или вы раздавите империю в зародыше, или я раздавлю вас! Вам все ясно?
Харди стремительно встала и вышла из кабинета, оставив президента зло кусать губы. Если раньше он эту женщину опасался, то теперь – откровенно боялся и ненавидел. Выхода Родерику не оставили. Придется участвовать в войне с Россом, иначе его просто растопчут. Одновременно президент был уверен, что все они совершают ошибку, страшную ошибку. Откуда взялась эта уверенность, он не знал. Но она была.
Родерик в сердцах стукнул по столу кулаком. А затем приказал секретарю срочно вызвать к нему командующего флотом адмирала Итара.
Адмирал Холгин мерил шагами кабинет, мрачно взирая на упрямо набычившегося Ленни. Как ему надоел этот мальчишка с его нежеланием служить на флоте! Хоть кол ему на голове теши! Гнет свою линию – и все.