Однако Славич не преуспел, слишком многие из росской элиты оказались заинтересованы в распаде.
– Вот как? – приподнял бровь Алексей и задумался. – Что ж, раз так, можно с ним и поговорить. Искин, ответь!
– Повинуюсь, мой капитан.
На стене напротив возник голоэкран, на котором медленно проявилось изображение благородно выглядящего человека с седыми висками, одетого в темно-серый сюртук прекрасного покроя. При виде императора в черном мундире и серебряном обруче на голове он помрачнел, взгляд стал пронзительным, губы сжались.
– Ваше величество! – наклонил голову президент.
– Ваше величество?.. – растерянно переспросил Алексей. – То есть, вы признаете меня императором?
– Вынужденно, – сузились глаза Славича. – Я не являлся и не являюсь сторонником монархического строя, и говорю вам об этом в глаза. Однако я патриот своей страны и не желаю, чтобы ее жители гибли в братоубийственной войне. Ваши сторонники очень хорошо постарались, чтобы развязать ее… До последнего времени я еще надеялся, что такого исхода удастся избежать, но теперь понимаю, что нет. Поэтому предпочту передать вам Федерацию добровольно, в относительной целости и сохранности. Если я этого не сделаю, вы своего все равно добьетесь – народ планеты буквально сошел с ума и скандирует ваше имя – но ценой большой крови. Вот и получается, что иного выхода у меня просто нет. Не считаю возможным платить чужой кровью за сохранение своей власти и демократического строя.
– Вы меня удивили, господин президент… – вынужден был признать император.
Генерал выглядел еще более удивленным. Не верил, что власть имущие так легко сдадутся. Это что-то значило, но что конкретно? Похоже, они решили, что в данный момент власти не удержать и решили временно уйти на дно. Ведь основные ресурсы и производства страны все равно остались в их руках, а значит, остались и рычаги влияния. На такое заговорщики никак не рассчитывали и как противостоять этому не знали – надеялись вовремя перехватить все необходимое. Не успели. Главная беда в том, что слишком давить на промышленников, пока Империя не укрепится, нельзя – они легко спровоцируют в Россе голод и недостаток самых необходимых для жизни вещей. Народ быстро вспомнит, что совсем недавно в магазинах было все, чего душа пожелает. А после прихода императора не стало ничего. И начнется…
Судя по сузившимся глазам, все это понял и император. Генералу очень хотелось подсказать ему, что говорить, но при президенте он этого сделать не мог. Оставалось только надеяться, что Алесий не совершит слишком уж глупых ошибок.
– Продолжайте, – едва заметно усмехнулся император. – Только не слишком верится. С властью просто так не расстаются, насколько мне известно.