Автор
Господин Роев Владимир Иванович - один из богатейших и уважаемых чиновников столицы, оказывается в непростительной ситуации: его жена исчезает. Молва называет это случаем, но полиция придерживается мнения о несчастном случае. Вокруг господина Роева складывается таинственная атмосфера, когда каждый подозревает другого....
Вероятно, вам придется отвечать за последствия вашего гнусного поступка!
Она с трудом поднялась и стала быстро приводить в порядок свой наряд и прическу. Перо, столь не понравившееся Евгению, сломалось и валялось на полу. Астахова устало продолжила:
– Придется ехать домой, а к графине послать лакея сказать, что занемогла.
– Лидия, я готов исполнить свой долг порядочного человека. Тем более что это и есть мое желание! Позвольте просить вашей руки! – прохрипел Евгений.
– Завтра, пополудни будьте у нас, – она благосклонно кивнула головой и быстрым движением заколола прическу выпавшей шпилькой. – Только не вздумайте теперь появляться на людях. У вас на лице все написано! Да и платье совсем не в порядке! Пойдите же и вы домой, да поскорее.
С этими словами она быстро вышла в противоположную дверь. И в самом деле, удивительно, что за все это время никто не нарушил их преступного уединения.
То-то пища газетным писакам! То-то крику о безнравственности современной молодежи. Да еще где? Ха-ха, на благотворительном собрании, можно сказать под носом у почтеннейшей публики!
От этих мыслей Евгению стало и весело и страшно.
А ведь он победил! Он поймал свою удачу, правда, не за хвост, а за… Стоп, стоп! Кто кого поймал? Не кричала… Сама пошла… Сопротивлялась, но не вырывалась, и это только подогревало его… Неужто его, такого ушлого и опытного, завлекла в такую примитивную ловушку простая купчиха? А ведь как тонко она поняла его! Ведь чем проняла? Видимостью неприступности! Грубостью! Тупым равнодушием! А за этим какая дикая страсть, какая чувственность!
Тем временем пение закончилось, гости зашумели.
Глава пятая
Катерина Андреевна почти бегом ворвалась в комнату мужа. Василий Никанорович сладко почивал на диване. Лицо его прикрывала газета, чтение которой и сморило его окончательно.
