Даже дети не понимали, чего Ромка решил расплакаться.
Ника протянула Спайку телефон и дёрнула его за штаны.
— Папа будет говорить.
— Ложитесь спать, — сказал Спайк, принимая у неё телефон, — скоро вы все будете дома.
Он вынес Ромку с собой на кухню. Дети дружной толпой пошли за ним.
— Это что такое? — Рассердился Спайк, — чего за мной ходите? Холодно. Обуйтесь хотя бы.
Дети в нерешительности остановились. Рита стала выталкивать их из коридора в комнаты.
— Слышали? Обувайтесь. Чего стоите?
Дети подчинились. Стали расходиться. Спайк уселся на табурет, посадил Ромку на колено и поднёс телефон к уху:
— Я слушаю.
В телефоне говорил мужской голос:
— Что вы хотите за них?
— И вы туда же! — Вызверился Спайк, — вы что сговорились? Ничего мне не надо! Ясно? Это дети! Что я могу за детей требовать? Забирайте их и всё! Вам понятно?
— Не совсем. Но позже утрясём этот вопрос. Когда я могу подъехать?
— Хоть сейчас!
— Не получится. Я в Губинске.
— Это где?
— Семьдесят километров от вас.
— А «Крыша» чья?
— Та же самая, что у вас.
— Крин, значит. Он уже труп. Ваши дети были у него.
— Я знаю, — сказал голос, — завтра я подъеду. До встречи.
— До свидания.
Дети обулись и собрались на кухне. Они столпились у дверей и смотрели, как Спайк разговаривает по телефону.
— А моей маме звонили? — Спросила Рита.
— Да, — ответил Спайк.
— А моему отцу? — тоже поинтересовался Дэвид Хортран.
— Звонил, конечно, — Спайк набрал номер его отца, — сейчас и ты поговоришь. Только не долго: мне ещё к Артуру домой звонить надо. Договорились?
Дэвид ответить не успел, потому что на том конце линии сняли трубку и Спайк протянул мальчику телефон.
— Алло? — Неуверенно спросил сын Хортрана, — Я Дэвид. А папу можно? — И вдруг как закричит:
— Отец!
Дети заволновались. Сгрудились вокруг него и наставили уши, стараясь расслышать, что ему говорят.
— Нет, я не один, — говорил Хортран, — сейчас ничего не болит… Они спрашивали про того дядьку с усами… Да, папа, я сказал… Было очень больно, пап.
Мальчик ожидал, что его отругают, но отец постарался утешить его и лицо мальчика просветлело.
— Я не знаю, где мы были, — выслушав отца, ответил он на какой-то вопрос, — там была большая башня с антеннами. Нет, нас отбили Спайк и Эд. Эда ранили в ногу. Было очень страшно, пап. Там стреляли ужас как… Нет, эту собаку я не видел.
Его отец спрашивал не видел ли Дэвид Кривого, и мальчик ответил теми словами, которые не раз слышал от отца. Старший Хортран понимал, что телефон прослушивается и решил не обострять отношения с Кривым:
— Не собака он, — назидательно сказал он, — Кривой сейчас тебя охраняет, потому что у Спайка не хватает людей.
— Хорошо, пап, — ответил Дэвид."
"Его глаза сияли от счастья, что он слышит голос отца и скоро вновь окажется дома.