В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
А рядом — сумка с остатками взрывчатки. Он должен будет подумать и на Шелаулиса? Взаимное сомнение всегда полезно для нашего дела.
— Если он полный идиот, то подумает то, что ты хочешь, чтобы он подумал, — проворчал Акциан и, исполнившись презрения, отвернулся.
Рэф Джоваль поддержал его:
— Ты зазнался, Жан. Успешные несколько лет вскружили тебе голову и ты начал зарываться. Мы, конечно, тоже хороши: закрывали глаза на твои вольности. Но сейчас ситуация иная. Ты поддался панике, хотя и сохранил некий здравый смысл.
Жан Прюсо кивнул:
— Помню. Он сейчас у Спайка работает.
— Я в курсе, — сказал Рэф Джоваль, — потому и напомнил о нём. Удивительно, не правда ли? А ведь он должен быть зол на Кривого. Но Кривой до сих пор жив. Однако, оставим это, — он несильно хлопнул ладонью по столу, — значит, подводим итог: ты прекращаешь провокации и начинаешь сотрудничать с новой властью в городе. Но когда просят «профи» высокого класса, даешь им середняков.
— А что делать с Шелаулисом? — Спросил Жан Прюсо, — если люди Спайка найдут оставленный след…
— Спайк может разобраться с Шелаулисом, — досказал Рэф Джоваль, — тебе-то что? Разберётся, значит, будет контролировать пол города. Ещё крепче станет. Мы больше заработаем. А не станет разбираться, не толкай его к этому. Он всё равно наберётся сил и мы в любом случае получим свои дивиденды. Так что, хватит, Жан, вольностей. Давай, работай со всем кланом в упряжке.
Глава 38"
"К вечеру, завал разобрали. Части человеческих тел, и более-менее цельные трупы, погрузили в грузовик и отвезли в Мыс-Таур. Морга в городе не было и столь скорбный груз разгружать было негде. Кузов грузовика накрыли брезентом и оставили в больничном дворе. Из тридцати двух жильцов дома, в живых осталось лишь восемь человек. Четверо, каким-то чудом совсем не пострадали.
