Автор
Это произведение увлекательно вводит читателя в безбрежную чистоту американских равнин и высоких гор. Поднимайтесь вместе со мной на вершину, где северные просторы откроются перед твоими глазами. Вдали виднеются горные цепи, пересекающие Северный Ледовитый Океан, в то время как долины и равнины кажутся живой кистью художника, захватывающим взгляд....
Я ожидал, что после такого кроткого ответа мулатка удалится, но, к сожалению, ошибся. Услышав слова Лилиен, она обошла меня и быстро засеменила прямо к ней. Ее маленькие заплывшие глазки пылали яростью. Лилиен, явно испуганная, замерла на месте, ожидая приближения толстухи, которая сразу начала визжать.
— Какая я тебе «тетушка Люси»? Попробуй только скажи это еще раз, так я глаза тебе выцарапаю! Я тебе выдеру и волосы, которыми ты так хвастаешь! Они, видите ли, золотые! Соломенные они, а не золотые!
— Я не знала, что это вам обидно, — кротко ответила девушка.
— Тебя не касается, что делает масса Стеббинс! А ты меня так называть не смей!
Возмущенный грубостью этой ведьмы, я с трудом поборол желание сбросить ее в воду. Но это значило бы провалить все наше дело.
Я заметил, что Лилиен была напугана, как будто мулатка имела над ней какую-то власть. Вероятно, Стеббинс поручил ей следить за девушкой. Однако мне удалось подавить свой гнев и промолчать. Очень скоро я был за это вознагражден.
— Ну, что ты сидишь, уставившись в воду? — продолжала мулатка. — Уж не думаешь ли увидеть там его тень?
— Чью тень? — удивленно спросила девушка.
Я затрепетал, ожидая ее ответа.
— Господи боже мой! Не видела я, что ли, как ты писала его имя в своей книжке или как чертила ему письмо на песке в нашем лагере на Арканзасе? Ты же ведь выцарапываешь это имя всюду, даже на сундуке в фургоне массы Стеббинса. Смотри, как бы он этого не заметил!"
"Я готов был бы отдать свою лошадь за то, чтобы взглянуть на книжку или на сундук, о которых шла речь.
— Ты думаешь, что никто, кроме тебя, не умеет читать? — насмехалась мулатка. — Или никто не знает, что означают буквы «Э» и «У»? Разве это не значит «Эдвард Уорфилд»? Ведь так, кажется, его зовут, а?
Девушка не отвечала, но ярко-алый румянец разлился по ее щекам, и я следил за его появлением с тайным восторгом.
— Да-да! — не отставала мучительница.
Личико Лилиен потемнело, так как, видимо, последние слова причинили ей боль, но это только увеличило мою радость.
Девушка что-то прошептала, но я не разобрал ее слов. Мне показалось, что они не были обращены к мулатке, что это был просто вздох горя. Но та, видимо, и не ждала ответа, потому что вдруг повернулась и заковыляла к лагерю.
