Автор
Это произведение увлекательно вводит читателя в безбрежную чистоту американских равнин и высоких гор. Поднимайтесь вместе со мной на вершину, где северные просторы откроются перед твоими глазами. Вдали виднеются горные цепи, пересекающие Северный Ледовитый Океан, в то время как долины и равнины кажутся живой кистью художника, захватывающим взгляд....
Индеец поскакал обратно; вскоре он снова вернулся и пригласил охотника и его товарища в лагерь.
Карлос, разумеется, принял это любезное приглашение, и через несколько минут они с Антонио уже ели свежее бизонье мясо и мирно разговаривали с хозяевами.
Вождь – рослый, красивый индеец, – очевидно, обладал всей полнотой власти; он особенно дружелюбно принял Карлоса и очень обрадовался, узнав, что у него много товаров. Он пообещал назавтра же с утра побывать в лагере Карлоса и разрешил своему племени вести с ним торговлю.
Карлос вернулся в свой лагерь в превосходном настроении. Теперь он обменяет свои товары на мулов – так обещал вождь, – а ведь прежде всего за ними он и отправился в прерию.
Утром, как и было условлено, явились индейцы во главе со своим вождем; небольшую низину, где охотник раскинул лагерь, заполнили мужчины, женщины и дети. Тюки были распакованы, товары выложены напоказ, и весь день прошел в оживленной торговле.
Они принесут ему доход не только по возвращении домой, они пригодятся и в пути: всех до одного он навьючит бизоньими шкурами и вяленым мясом.
Да, экспедиция оказалась удачной.
Если уж он разбогатеет, даже дон Амбросио, пожалуй, не станет противиться его сватовству. В ту ночь сладостны были мечты Карлоса, охотника на бизонов, и ему снились чудесные сны.
Глава XIII
На следующий день он охотился с еще большим пылом. Ведь теперь можно вывезти всю добычу, как бы велика она не была. Нечего опасаться, что придется оставить в прерии шкуры или вяленое мясо.
Ему удалось получить у индейцев даже несколько шкур, которые служили им одеждой. За них он отдавал индейцам все, что им нравилось. Даже пуговицы со своей куртки и с курток своих людей, золотые ленты и сверкающую тесьму с сомбреро – все, что блестело.
