Вижу в его взгляде облегчение, но отчего оно? Едва ли подобная тема касается его, ведь я свободная девушка. И когда придет время, я бы хотела найти достойного отца для своей дочери."
"Опускаю глаза ниже, к его губам, но заставляю себя выпрямиться и уйти с Ульяной в детскую. Уж не себя ли он предлагал в роли отца? Еще чего!..
Однако, от того, что мне не хотелось возвращаться на кухню, гость сам не уйдет. И не исчезнет.
- Ты справляешься со всем? – первый вопрос Тимура.
Он уже поглощал ужин, который я готовила для нас с Ульяной.
Никак не ожидала, что день встречи с Черновым настанет сегодня – вовсе бы не открыла ему дверь.
Прикрываю дверь за собой, на кухне мы остаемся одни.
- Зачем ты приехал, Тимур? – мой шепот разносится по небольшой кухне, на которой Тимур выглядит уж больно большим.
И его сила, отражающаяся в руках, широкой спине, шее, мускулистой груди – все это пугает меня, наводя на нехорошие мысли. Так зачем же он приехал?
Отмечаю про себя его стиль одежды. Офисный человек? А как же бои? А, кажется Альберт говорил мне по телефону о том, что Тимур поменял образ своей жизни, но я тогда даже не слушала его.
Все, где присутствовало имя Тимура, пролетало мимо меня.
Барьер.
- Увидеть Ульяну. Тебя.
Молчим. Не мешаю ему ужинать, у самой аппетита нет. Сколько лет прошло с тех событий? Больше трех лет…
Тимур допивает чай.
- Что ж, тебе пора. Уже темнеет.
- Мы поговорим.
- Разговор будет долгим, и что же, ты поедешь в Москву на ночь глядя? – я исподлобья посмотрела на него, не скрывая того, что все это мне не нравится.
- Поеду, - сдержанно ответил Тимур, не разрывая зрительный контакт.
- Нет, разговор того не стоит.
- Да, Вика.
- Нет, Тимур. Уезжай сейчас же. Не хватало, чтобы ночью ты нашел неприятности на свою голову…
- А ты волнуешься?
- Еще чего… - усмехнулась.
- Ненавидишь меня?
Хотела ответить утвердительно, но язык не повернулся. Я запнулась и подняла взгляд на мужчину, который перевернул всю мою жизнь вверх дном.
Во мне все так остыло, что едва ли ненависть – это то, что я сейчас испытываю.
После изнасилований – да, ненавидела. Первые месяцы беременности – ненавидела. Затем поняла, что своей ненавистью я делаю хуже только своему ребенку, что зарождается внутри меня, и я заглушила эту ненависть. Не сразу и не вся, но постепенно она сошла на нет, а теперь же прошло столько лет, что я и забыла, как она – эта самая ненависть – пахнет.
- Тебе тут родители кое-что передали. Твои родители.
