Автор
Настя шокирована новостью о беременности от несогласованного мужчины. Её подруга Марина с недоверием воспринимает ситуацию, считая Давида беспринципным человеком. Настю тянет к себе уютная квартира и его семья, что делает её еще больше.
- Наше агентство возьмёт на себя всю бумажную волокиту.
Сажусь за секретарский стол позади сидящей ко мне спиной пары и готовлюсь вести запись, как вдруг…
- Нам с Элей нужен результат, - от приятного мужского голоса внутри всё стынет. Мир будто перестаёт существовать. Все звуки кажутся далёкими и нереальными…
Нет… Это, ведь, не Давид? Не мой Давид! Не отец моего нерождённого малыша сидит сейчас за столом моего босса спиной ко мне и переплетается пальцами с этой ухоженной блондинкой!?
- Думаю, что подбор суррогатной матери не займёт много времени, - голос у Ксении Павловны просто елейный.
- Деньги неважны, - быстро отвечает женщина. Её голос режет сердце холодом. – Нам нужно всё самое лучшее!
- Я вас поняла, - довольно кивает Ксения Павловна.
Она чует запах их денег также отчётливо, как и я ощущаю крушение собственных надежд. Давид… мой любимый мужчина… Единственный в моей жизни… отец маленького комочка, что живёт во мне уже два с половиной месяца…
Женат.
Он женат… А я – кто? Я… получается, любовница?!
Горло сдавливает ком, к глазам подступают слёзы. Мне бы надо бежать отсюда, бежать без оглядки, но я словно к месту приросла. Не двинуться…
В ушах шумит, и я никак не могу взять себя в руки. Мне нужно записывать пожелания клиентов, но я почти ничего не слышу.
- Минутку, - Давид властно останавливает поток речи Ксении Павловны, достаёт из кармана вибрирующий телефон и смотрит в экран.
- Это не может подождать? – в голосе его жены слышится нетерпение.
- По работе, милая, - равнодушно бросает он. – Сделаем перерыв.
Моя начальница согласно кивает, а его жена недовольно складывает руки на груди.
А я… с замиранием сердца слежу за тем, как широкие плечи любимого человека расправляются, и он поднимается с места.
Медленно поворачивается и… сперва бегло скользит по мне взглядом. Без интереса, без цели, будто я – один из предметов мебели, просто деталь интерьера…
Давид успевает сделать несколько шагов и даже ответить на звонок, прежде чем внезапно замирает посреди кабинета Ксении Павловны.
Он снова смотрит на меня, но на этот раз уже совсем не так, как секунду назад. Давид встречается со мной пронзительным взглядом, а я не могу сдержать выкатившуюся из глаза слезинку…
Жена Давида и моя начальница продолжают что-то обсуждать, совершенно не обращая внимания на разворачивающуюся за их спинами драму.
