Автор
Когда казалось, что ты отступила от своего страшного прошлого и забыла о его призраках, жизнь преподнесла тебе новый поворот. Теперь ты не только должна избежать встреч с теми, кем больше не хочешь связываться, но и сохранить свою надежду на счастье в мире, где удача часто играет жестокие мелодрамы. Как ты будешь жить дальше после того, как почувствовала его руку — мужественный взгляд и хватка, от которого волосы дыбом поднимутся?...
Пока нас поднимает вверх мы молча сверлим друг друга взглядами. Даня молчит. Это раздражает. А ещё медленно разрушает мою уверенность в том, что мой подарок ему понравится.
— Нужно было купить «Ролекс», да? — улыбка на моих губах резко меркнет.
Черт, так и знала, что делаю глупость. Мы ведь взрослые люди, а мое внезапное ребячество никак не вписывается в обычное поведение Дани.
— Нет, Мил, дело не в этом, — качает он головой и берет мою руку в свою. Подносит губам и нежно целует мои пальцы. — «Ролекс» мне точно не нужен.
Мои брови взлетают вверх.
Даня боится высоты? Я не ослышалась?
Мне бы засмеяться но я замечаю как хорошо контролируемая маска безразличия слетает с его лица и в его взгляде я отчетливо проступает паника.
— Прости, черт. Все что я делаю превращается в катастрофу, — бью себя ладонью по лбу.
Эйфорию от предстоящего вечера как рукой сняло. Я чувствую себя подавленно, даже плакать хочется. Впервые в жизни хотела угодить Дане и вот как получилось.
— У меня есть две новости, — наконец-то беру себя в руки и заставляю дрожащие губы растянуться в широкой улыбке. — Первая плохая для тебя: я выкупила билеты на два часа, поэтому предполагаю что следующая остановка не скоро.
После моих слов Даня сильнее вцепился в сидение и, кажется, даже побледнел.
— Решетникова, ты послана мне для того чтобы превращать мою жизнь в мучение, — стонет он.
— Ну и хорошая новость, — стараюсь, чтобы мой голос звучал все так же весело и беззаботно, — это ведь отличная возможность избавиться от страха высоты!
Я привстаю, чтобы пересесть к нему, но Даня вдруг выставляет ладонь, заставляя меня опуститься обратно.
— Боже, Мила, что ты делаешь! Не двигайся, ты можешь упасть.
— Перестать истерить, Кравцов. Что ты как баба? — строго прикрикиваю я, устраиваюсь рядом с ним и нахожу его ладонь.
Даня тяжело вздыхает и подчиняется мне."
"— И правда красиво, — выдыхает он, обнимает меня за талию и я прижимаюсь к его боку, пытаясь совладать с облаком сладкой ваты в руке. — Спасибо, Мил, мне все нравится, просто немного нервно.
Несколько минут мы молчим, наслаждаясь пейзажем вокруг.
