Автор
Валерия Константиновна выходит из кухни и на секунду задерживается у окна, ожидая, как Инна Павловна исчезнет. Но домработница не сдается — она решительно направляется к духовке и конфоркам, словно подчеркивая свою неумолимость. Валерия Константиновна понимает, что пора уходить, но перед этим хочет обсудить условия работы в новом графике....
– Да, Валерия Константиновна, – улыбается мне Баринов. – Думаю, мы с вами можем помочь друг другу.
– И чем же? – не понимаю я. – Давайте не будем ходить вокруг да около. Вы, думаю, хотите бизнес моего мужа, только я вам ничем не могу помочь. В таком случае вам стоило бы поговорить с Маратом Гордеевичем, чтобы он продал вам свою долю.
Как бы мне ни было больно и обидно, но говорить о том, что фирма вроде как продана, я не стану.
– Послушайте, Валерия Константиновна, как я и говорил, в ваших интересах меня выслушать, – принимает мои правила Баринов, и его тон становится более официальным, а не показательно дружеским.
Серьезно? Может, об этом уже полгорода знает? Только это была присказка, а сказка явно ещё впереди.
– Вы позвали меня, чтобы сообщить об этом? – интересуюсь я, хотя сжимаю руки в кулаки так, что ногти почти прорезают кожу.
Держись, Лера… Нельзя больше никому показывать свою боль, иначе ударят именно по тому месту, где и болит.
– Нет, Валерия Константиновна, – качает головой Игнат Алексеевич. – Этот ребенок унаследует часть вашего мужа, а вы? Останетесь у разбитого корыта? Или думаете, что ваш муж так не поступит?
Я уже не думаю о поступках Тимура. Да и какая вообще разница, что я могу предполагать, если в итоге получается все хуже некуда?
– Чего вы хотите от меня? – игнорирую вопросы Баринова, ведь они явно к делу не относятся, а обсуждать с ним свою семейную жизнь, если ее ещё можно так назвать, я не собираюсь.
– Я помогу вам, Валерия Константиновна, – со всей искренностью обещает мне Игнат Алексеевич. – Лучшие мои адвокаты помогут вам забрать часть фирмы, а вы продадите ее мне. Причем я сумму предложу, скажем, процентов на двадцать больше.
– А если, допустим, Марат Гордеевич предложит мне на тридцать больше? – усмехаюсь я."
"Конечно, в дела фирмы я не вникала, но не настолько же я непроходимая, чтобы не сложить дважды два.
– Торг всегда уместен, – говорит Баринов.
– Я же могу подумать? – вроде как задумываюсь.
– Конечно, – не возражает Игнат Алексеевич. – Только не слишком долго, а то действительно останетесь у разбитого корыта. Не удивлюсь, если ваш муж уже пытается что-то провернуть. Не зря же он так резко сорвался из города.
А если он прав? Ладно, впереди ещё разговор с Маратом. Посмотрим, что он скажет. Все же он намного ближе, чем Баринов. Правда, все перемешалось, и непонятно, кто друг, а кто нет.
