Автор
Валерия Константиновна выходит из кухни и на секунду задерживается у окна, ожидая, как Инна Павловна исчезнет. Но домработница не сдается — она решительно направляется к духовке и конфоркам, словно подчеркивая свою неумолимость. Валерия Константиновна понимает, что пора уходить, но перед этим хочет обсудить условия работы в новом графике....
– Но родителей нужно любить на расстоянии, – доносится до меня папин голос.
– Костя, прекрати, – шутливо произносит мама и обращается уже по мне: – Лера, мы будем часа через полтора. Тимур же уже вернётся?
– Да, должен, – неуверенно отвечаю. – Я сейчас ему позвоню, думаю, он тоже захочет с вами повидаться.
– Тогда жди, доченька.
Мама сбрасывает звонок, а я сразу же набираю мужу. Тимур отвечает после первого же гудка, как будто держал телефон в руках.
– Слушаю, Лер.
– Дорогой, мои родители приезжают. Ты скоро дома будешь? Они хотят и с тобой повидаться, – выдаю на одном дыхании, понимая, что не жду мужа вовремя.
Я действительно ожидаю ответа, что занят, завал по работе, опять какие-то объекты, деловые встречи. Но Тимур отвечает моментально. И совсем иначе.
– Конечно. Я уже выхожу из офиса и еду домой. Если в пробках надолго не застряну, то через час буду.
– Спасибо, – произношу с чувством.
Муж реагирует странно… Он смеётся, а я так давно не слышала этот смех. Мы будто возвращаемся в то время, когда все было по-другому.
– Лера, ты так отвечаешь, словно я тебе делаю одолжение. Я сам хочу увидеться с твоими родителями. Ты же знаешь, что Константин Владимирович и Ирина Дмитриевна для меня как родные."
"И в самом деле… Тимур к моим относился как к своим, которых у него уже нет. И сейчас я, как будто убедив себя, что муж отдаляется, а потом в обратном, неосознанно обращаюсь к нему так.
Возвращаюсь в кухню и зову Инну Павловну, чтобы помогла мне. Приготовлю я все сама – успею.
– Давайте я все доделаю, а вы можете пока подготовиться, – говорит она, как только я объясняю, что накрыть нужно на четверых.
– Вы просто займитесь сервировкой, – настаиваю на своем.
Будто кожей чувствую раздражение, исходящее от Инны Павловны, и сама начинаю раздражаться. Стараюсь не обращать на домработницу внимания, занимаюсь нарезкой, повернувшись к столу спиной. Но, конечно, все слышу. Вот стучат тарелки, сейчас падает вилка. Инна Павловна чертыхается, и я не выдерживаю.
– Оставьте, – говорю, не оборачиваясь. – Я сама все сделаю. Если у вас опять давление или ещё что…
– Извините, Валерия Константиновна, – только в голосе ни капли вины. – Действительно что-то со мной не так.
– Может, вам взять несколько выходных и сходить к врачу? – предлагаю, наконец посмотрев на домработницу.
Кажется, мое предложение не пришлось ей по душе. Хмурится, часто моргая, пока не понимает, что я жду ответа.
