Автор
Валерия Константиновна выходит из кухни и на секунду задерживается у окна, ожидая, как Инна Павловна исчезнет. Но домработница не сдается — она решительно направляется к духовке и конфоркам, словно подчеркивая свою неумолимость. Валерия Константиновна понимает, что пора уходить, но перед этим хочет обсудить условия работы в новом графике....
Я вижу спину Тимура, голова наклонена к плечу – держит телефон. Только хочу его позвать, как слышу:
– Да. Да, завтра приеду. Я тебя прошу, не начинай.
Муж немного раздражен, я это слышу в его голосе. Но этот тон. Я не один раз слышала, как он решает рабочие вопросы. Всегда сдержан, спокоен. Как он сам говорил: «В бизнесе не место эмоциям».
А сейчас… Бросаю взгляд на настенные часы. Половина первого. Неужели никто не должен отдыхать, пока не спит начальство? Ну нет… Тимур строгий начальник, но не деспот же!
– В такое время больше не смей мне звонить, – тем временем продолжает муж, не оборачиваясь, а я так и стою, даже не дышу, чтобы не обозначить свое присутствие.
Зачем? Сама не знаю. Интуиция, предчувствие? «В такое время больше не смей мне звонить», – эхом отдаются слова Тимура.
Я не хочу принимать мысль, от которой даже дышать не смогу, от которой просто-напросто сердце разорвется в клочья. Он разговаривает с женщиной. Не просто с какой-то женщиной, а с той, о которой я не должна знать.
А о ком не должна знать жена? Ответ очевиден…
Глава 2
Открываю глаза, будто меня кто-то толкает в бок, и смотрю на спящего Тимура.
И неужели он мог мне изменить?
Вчера я так ничего ему и не сказала. Мне нужно было переспать с этой мыслью, не действовать сгоряча, не набрасываться с обвинениями на эмоциях.
А если я не права? Если опять надумала? А Тимур бы покрутил пальцем у виска, точно решив, что я сошла с ума.
Прикрыв глаза и выдохнув, поднимаюсь и набрасываю халат. Чашка двойного эспрессо мне сейчас точно не навредит.
– Валерия Константиновна, – удивляется Инна Павловна, увидев меня, – вы сегодня рано. Вам нездоровится?
Неужели вид мой настолько плох? Вроде бы в зеркало смотрела, когда расчесывалась перед выходом – ни синяков под глазами, ни припухлостей.
– Все в порядке, Инна Павловна, – отвечаю, запустив кофемашину. – Просто не спится.
– Завтрак будет только минут через двадцать.
– Не торопитесь. Тимуру Руслановичу выходить только через час, – напоминаю я и, взяв чашку, выхожу на террасу.
У меня есть время, чтобы немного подумать, что сказать Тимуру. Возможно, спросить, с кем он ночью разговаривал.
