Вдыхание-выдох. Разрыв между жизнью и смертью резко нарастает. Девушка в полудреме переживает нестерпимую боль, а голос старца вещит горькие новести: ребенок жива, но дочь погибла. Настало отчаянное молчание, прежде чем услышать мягкий ответ — "к сожалению". Все вокруг кажется фантастическим кошмаром, а боль внизу живота лишь подчеркивает жестокость реальности....
Похоже, «Беременна по обмену 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Беседка, к которой нас привели, была круглой, со столиком посередине и лавочками, устеленными мягкими подушками. Стенки были сделаны узорчатыми решетками, а вот крыша полностью закрывала от палящего солнца. Внутри была небольшая тень и витал сладкий цветочный аромат.
— Присаживайся, моя дорогая, — пригласила Джина и похлопала рукой по подушке рядом с ней. — Чай нам сейчас принесут, но ведь мы можем поговорить и без него?
— О чем же вы хотели со мной поговорить? — с напряжением спросила я, разместившись несколько дальше от эрледи, чем она хотела, и Джина прищурилась, как-то подозрительно хитро улыбнувшись.
Кажется, сейчас меня будут пытать на тему того, как так получилось, что я забеременела от светлого. Вот только я понятия не имела, как. Придется врать?
— Расскажи-ка мне, Аламинта, вот что, — она наклонилась ближе ко мне и с улыбкой спросила: — Ты уже знаешь пол ребенка?
Едва не икнула. Вопрос оказался настолько безобидный, что я растерялась. И правда, знала ли Аламинта о поле малыша? Судя по полученной информации, никто этим не интересовался.
— Я без понятия, — искренне откликнулась я, немного растерянная направлением вектора разговора. — А это можно как-то узнать?
Сказала и прикусила язык. Вдруг это здесь стандартная процедура, а я спрашиваю о совершенно обыденных вещах?
— Ох, твоя мама ушла так рано, что совершенно ничего не успела тебе рассказать, — печально откликнулась эрледи, и в этот момент слуги принесли чай. Когда стол был сервирован, Джина пригубила чай и довольно закатила глаза.
Что? Его локон?
Глава 6.4
— Как же хорошо, что вы его бабушка, — сообщила я и наивно продолжила: — Вы ведь сможете с ним поговорить, чтобы он дал свой волос?
Надежда умирает последней, ведь так?
— О, нет, моя дорогая.
— Ритуал опасен? — удивилась я, и Джина мягко улыбнулась.
— Вовсе нет. Просто мужчины не понимают женское любопытство, поэтому испокон веков были против пророческих ритуалов по вычислению пола ребенка. И Анвэйм, уверена, идею не одобрит. Поэтому вся надежда на тебя: ты должна срезать локон.
Ага, чудесно.
