Автор
Вздох глубокий и резкий. Беременность омрачена болезнью, когда дочь лорда де Шалиса не выживает. Нестерпимый укол в живот сменяется тихим признанием: ребенок будет жить. Но какую трагическую судьбу ждет младенец — это вопрос для догадок. Погруженная в собственные мысли, женщина не может определенно разобрать реальность, боли и слезы сливаются в одно....
Из них начали выносить сундуки и выставлять их полукругом перед лордом де Шалисом. После каждой открытой крышки я удивлялась все больше: дорогие ткани, жемчуг, меха, что-то блестящее, похожее на чешую, оружие и даже небольшой сундучок с сокровищницами. Эрлорд за всем этим наблюдал с неменьшим интересом, чем я.
“Решила раздать все моё наследство”, — явственно прочитала я его мысли на лице и прыснула в кулак. Его светлость тут же перевел взгляд на меня и прищурился. Я пожала плечами, мол, ничего такого, а сама подумала вот о чем…
Если эрледи такая щедрая, то от Ардахейма хоть что-нибудь осталось? Или он сейчас в запустении, поэтому меня туда не пускают, дабы не кормить лишний рот? Даже почти два, если учитывать малыша.
— Скромные дары для Великого темного лорда, — объявила эрледи. — В гости не принято ходить с пустыми руками, а хозяевам принято привечать гостей и располагать их у себя на тот срок, который пожелает гость.
Так уж нам нужны эти меха и жемчуг? Будь я на месте лорда де Шалиса распорядилась бы загрузить кареты и отправить их вместе с Джиной обратно (а желательно и его светлостью).
— Разумеется, эрледи. Вы можете гостить у нас столько, сколько пожелаете.
— Благодарю, лорд де Шалис.
— Раз обмен любезностями закончился, мы с Аламинтой продолжим прогулку, — с неудовольствием высказался эрлорд и подхватил меня под руку.
— О нет, ваша светлость, позвольте мне проводить леди Аламинту в сад, а вы можете возвращаться к неотложным государственным делам, — безапелляционно заявила она так, что даже внук не посмел возразить.
"— Разумеется. Вас проводят. Стол также накроют, — задумчиво отозвался лорд де Шалис, и эрледи подхватила меня под руку.
Перед нами вышагнула одна из многочисленных служанок дворца, чьего имени и лица я не запомнила, и с поклоном показала дорогу. Эстресс Марисель собиралась отправиться с нами, но эрледи пресекла её попытки:
— Моя дорогая, можешь заняться приготовлением укрепляющих отваром для Аламинты.
Мне становилось все более страшно. Что она от меня хочет? Бросила умоляющий взгляд на лорда де Шалиса — тот отвернулся, проделала тоже самое с эрлордом — этот вовсе ответил ехидной улыбочкой. Наверное, рад, что первой мозги будут промывать мне, и лишь потом — ему. Час от часу не легче.
